Слуд не врал: коридор был переполнен страждущими, ранеными, искалеченными.

Я дошла до конца коридора и толкнула дверь. В нос ударил запах крови. Она была везде: на полу, на столе, на сбитой простыне.

Я кинулась к раненому.

— Боги милостивые… — вырвалось у меня.

Все тело, руки, спина… Его изодрали. Просто изодрали в клочья. Но страшнее всего была рана на боку — глубокая, рваная, с неровными черными краями. Из нее сочилась черная густая субстанция, похожая на смолу. Чернь. Ядовитая тварь оставила свой след. Она медленно, но верно отравляла его тело, растекаясь по венам темной сетью.

Я похолодела. Слуд отправил меня сюда не просто потому, что боялся ответственности. Он знал: ему невозможно помочь. Лекарь здесь бессилен, но ведь я и не лекарь… Что, если… Если я ему спою?

У меня осталось так мало магии, жалкие остатки… Если я ему спою, исцелю, то могу потерять и это.

Дракон застонал. Он хрипел. Чернь уже добралась до его плеча, поднималась к шее. Времени у него почти не осталось.

В изодранном теле сложно было разглядеть черты лица, понять возраст, понять, хороший он человек или плохой. Есть ли у него дети, невеста, родители? Те, кто его ждет… Но я знала точно: он сражался до последнего. Он был готов отдать свою жизнь.

Когда я укладывала спать своего ребенка и читала ему сказку, этот дракон бился, чтобы у моего сына было будущее.

Нельзя… Нельзя дать ему умереть. Ведь в этом и была моя сущность — помогать…

Я всхлипнула. Слуд часто говорил, что я постоянно плачу. Именно поэтому он — главный лекарь, а я — помощница, слабая женщина. Он был прав. Столько лет прошло, но я не привыкла видеть это, не привыкла видеть, как люди уходят. Не научилась думать о себе.

Я сделала решительный шаг вперед, взяла руки мужчины в свои и… запела.

Я почувствовала магию: жалкие крохи той силы, что была у меня когда-то, они сплелись с магией дракона и обнажили его душу. Она показала его бойким мальчишкой, показала, как он любил солнце, бегать, веселиться…

Я пела, и душа мужчины открывалась по-новому. Я видела его глазами, чувствовала то, что чувствовал он. Обрывки воспоминаний мелькали, пока его тело исцелялось. Я отдавала крупицы своей силы в надежде, что его сила сделает остальное. Он ведь дракон. Сильный… Он должен исцелить себя.

Он был добрым человеком. Я это чувствовала. И это убеждало меня, что я поступила правильно. Тренировки, любимый пес, бабушка, академия… и она. Его невеста. Его жена.

Длинные темные волосы, тонкие руки, богатое платье… И лицо.

Это лицо я знала.

Меня словно пронзило молнией. Я отшатнулась, выпустив руку мужчины, буквально отлетела назад, врезавшись в стоящий напротив шкаф с лекарствами.

Руки тряслись, тело била дрожь. Колбы и пучки трав полетели на пол. Я попыталась удержать хоть что-то, а после… после повернулась.

На меня смотрели два больших желтых глаза.

Боги… Не может быть… Нет. Черты лица еще были неузнаваемы после ранений, но… эти глаза. Эти глаза я узнала бы из тысячи других.

— Елена, — прохрипел знакомый до боли голос.

Он… улыбнулся. А я забыла, как дышать. Не может быть… Нет.

— Моя… Моя Леля, — повторил он и закрыл глаза.

Визуалы героев

Дорогие читатели! Давайте познакомимся с нашими героями поближе.

Наша героиня — Елена. Она — берегиня и способна исцелять песней. Но она скрывает это, так как потеряла свою силу из-за предательства мужчины, которого любила. И это не единственный ее секрет.

Наш герой — Данияр. Прославленный генерал-дракон. Теперь уже маршал. У него есть своя история того, что произошло, и мы обязательно дадим ему шанс высказаться.

Ну и милый малыш на руках родителей — это Тимофей. Маленький дракон, силы которого растут с каждым днём.

Глава 2

Данияр

Это была жестокая сеча.

Границы… их вечно двигали. Говорят, настанет день, когда их сдвинут так, что все эти прорывы прекратятся. Что жизнь наконец станет спокойной и тихой. И утопцы, и упыри, и аспиды, и прочая хищная тварь больше не смогут убивать.

Но пока то время не пришло. Пожалуй, еще повезет, если оно вообще наступит на моем веку.

Твари рвались сквозь грань так, словно ждали этого мига всю жизнь. Повезло, что я оказался здесь. За сотни, за тысячи верст от родного дома.

Я искал боя. Искал места, где смогу… умереть? Нет. Никто не ищет смерти.

Я искал смысл того, ради чего живу, и обретал его лишь в те краткие мгновения, когда мог помочь тем, кто без меня бы не выжил. Я искал самых жарких, самых гиблых мест. И… нашел.

Это был сильный прорыв. Десяток аспидов, несколько десятков утопцев и навий. Хорошо, что я был не один.

Мы отбивали атаку за атакой.

— Дан, не подставляйся! — рявкнул генерал-берсек. Огромный, сильный медведь. Зар.