Когда мои глаза встретились с лицом Хоуп, боль, которая ударила меня прямо в грудь, была не похожа ни на что, что я когда-либо испытывал в своей жизни. Это было чертовски мучительно, и осознание того, что я собираюсь сделать, делало это в миллион раз хуже.

Сидя на кровати, скрестив ноги, Хоуп не сводила с меня своих больших голубых глаз, когда сказала: — Не хочешь объяснить, что это за текстовое сообщение?

И именно в этот момент я понял, что это будет самым трудным, черт возьми, делом, которое я когда-либо сделаю — уйти от этой девушки — уйти от моей Хоуп.

Но она никогда не узнает.

Я лучше сдеру с себя кожу, чем признаюсь в правде.

Готовясь к боли, которая, как я знал, вот-вот пронзит мое сердце, я позволил гневу, который нарывал внутри меня, взять верх.

Сосредоточившись на гребаном стыде и отвращении внутри меня, я уставился на единственную девушку, которую я когда-либо любил, и солгал сквозь свои чертовы зубы…

— Все кончено, Хоуп. Я больше не хочу тебя. Это была одна огромная ошибка.

****

Хоуп

18 лет

— Все кончено, Хоуп. Я больше не хочу тебя. Это была одна огромная ошибка…

Я нахмурилась, пытаясь понять, что, черт возьми, мне только что сказал Джордан. — Ты серьезно… Я имею в виду серьезно?

Джордан остался спиной к двери моей спальни, и впервые в жизни он выглядел для меня как совершенно незнакомый человек.

Натянуто кивнув, он холодно сказал: — Я серьезно.

Я тяжело выдохнула – каждая часть воздуха покинула мое тело – и мои легкие словно подожгли. Боль пронзила меня. Я не могла говорить. Я могла только качать головой и кричать от ужаса.

— Что-то случилось в Айдахо, когда ты поехал за своей матерью, да? — выпалила я, мой мозг внезапно включился. — С твоей мамой?

Когда он не ответил, я сказала: — С Полом?

Ноздри Джордана раздулись, его лицо покраснело, и впервые в жизни я испугалась его.

— Я не твой отец, Хоуп, — презрительно усмехнулся Джордан, отходя от двери и направляясь ко мне. — Та самая идеальная любовь? — Он наклонился вперед, глядя мне в лицо. — Ты этого не получишь от меня.

— О чем ты говоришь? — всхлипнула я, чувствуя себя возмущенной и чертовски опустошенной. — Почему ты так себя ведешь?

— Потому что я не тот человек, за которого ты меня принимаешь, — прорычал Джордан мне в лицо. — Все кончено, Хоуп. Мы закончили, ладно? Не настаивай на большем. Ты не хочешь знать правду.

— Я хочу, — сердито ответила я, когда мой гнев вспыхнул. — Скажи мне. Дай мне чертово объяснение, почему ты так себя ведешь?

Джордан молчал, и вот тогда я потеряла контроль.

— Ладно, — закричала я. — Как хочешь, Джордан, — закричала я. — Разрушь всю свою жизнь! Разрушь мою! Будь тем гребаным придурком, который глубоко внутри тебя.

Схватив меня за шею, Джордан потянул меня вперед и впился губами в мои. В ту секунду, когда его рот коснулся моего, я немного потеряла себя, но вскоре пришла в себя.

Грубо оттолкнув его, я подняла руку и ударила его по лицу. Моя рука горела, но я отказывалась показывать слабость.

— Больше никогда не трогай меня, — яростно выплюнула я. — Ты думаешь, что можешь так обращаться со мной? После того, что ты только что сказал?

Я покачала головой в отчаянии и сморгнула слезы, которые наполняли мои глаза. — Дай мне что-нибудь, — прохрипела я, глядя на единственного парня, которого я когда-либо любила. — Это не ты. Скажи мне. Скажи мне!

Каждый дюйм его тела дрожал, когда он теперь отстранился от меня, оттолкнул меня. — Я не люблю тебя, Хоуп, — прошипел он, тыкая пальцем мне в лицо. — Теперь счастлива? Ты была чертовой ошибкой, и я хочу уйти.

Опустив голову, Джордан Портер посмотрел мне прямо в глаза и сказал: — Я. Не. Хочу. Тебя.

Ну, это только что показало мне…

Джордан Портер никогда меня не любил. О, Боже! Что я собиралась делать? Я едва могла дышать…

Смирись, Картер!

Смирись сейчас…

У него не было стыда – ни души, ни сердца, ни чего-либо еще в груди?

Ну, теперь я знала правду, и я не буду его любить. Даже если это убьет меня, я больше не буду любить этого человека.

Хватит!

Прижимая этот мятый конверт к груди, я пообещала себе, что больше никогда никому не позволю так поступить со мной.

Я никогда не позволю другому мужчине так поступить со мной. Никогда больше! Ни за что! Я не позволю никому приблизиться настолько близко, чтобы причинить мне боль. Я возведу вокруг своего сердца стену, черт возьми, такую высокую, что никто никогда не сможет через нее проникнуть.

****

Джордан

— Джордан, ты в порядке? — спросил Логан, как только я достиг нижней ступеньки лестницы.

Покачав головой, я схватил куртку с перил и быстро накинул ее на плечи. — Передай сестре, что мне жаль, — пробормотал я, открывая входную дверь.

Я был близок к свободе.

Я почти чувствовал ее вкус — если бы я мог просто продолжать двигаться, а мой разум — был пустым.

Я был почти там…

Выйдя наружу, я сделал глубокий вдох и заставил ноги двигаться. Я поступал правильно. Я знал, что так и есть.