— Как ты можешь не знать, Нолан? Ты был там. — За кого он меня принимает? За какую-нибудь простушку, которая проглотит его слова и примет все, что исходит из его уст, за правду?

— Меня там не было.

— Что ты имеешь в виду? Конечно же, ты был там. Все знают, что ты там был.

— Я был... — Но он останавливается.

— Ты был где? — Я сейчас умру, но он ничего от меня не получит, пока я не пойму, что произошло.

— Вместо этого я расскажу тебе, почему меня называют Мистером Романтиком. Как насчет этого? — говорит Нолан после долгого молчания.

— Я уже знаю почему. Ты бабник.

— Нет, — говорит он. — Я же тебе говорил. Не поэтому меня так называют. Клодетт лгала. Ну, не совсем врала. Она тоже понятия не имеет об этом.

Что ж. Настоящий секрет. О его прозвище, не больше.

— Хорошо, расскажи мне.

— За завтраком, — произносит мужчина, и его победная улыбка возвращается на место.

У меня такое чувство, будто я только что попала в ловушку. Чувствую себя кроликом, смотрящим в глаза волку.

— Хочешь принять душ? — спрашивает он. — Освежишься, пока я готовлю? Пойдем, покажу тебе где.

Нолан берет меня за руку и ведет внутрь. Мебели мало, и в ней не так много личного. Возможно, он такой и есть? Безликий. И этот дом многое говорит о нем. Или, может быть, все это осталось от его друга, и Нолан так и не потрудился ничего изменить?

Он ведет меня через большую гостиную обратно в переднее фойе, где мы поднимаемся по лестнице и спускаемся по подиуму, с которого открывается вид на природу и гостиную. С обеих сторон лестница отделана тросами и стальными стойками. Очень современная версия перил.

Мы оказываемся в комнате, которая, должно быть, называется главной спальней, потому что из нее открывается тот же вид, что и с заднего двора, но лучше.

— Ты можешь воспользоваться моей ванной. Я принесу наверх твой чемодан и оставлю его тут. Просто спустись вниз, когда закончишь, и мы начнем.

Начнем. Мы заключим деловое соглашение. Мне стоит прекратить это. Нолан расскажет мне какую-нибудь притянутую за уши историю о той ночи в колледже. Что-нибудь нелепое, что успокоит мой разум, и он сможет воспользоваться мной.

Возможно.

Возможно, именно это Нолан и сделает.

Но, кажется, я не могу не предвкушать. Чувствую себя немного похожей на тех людей внизу, на треке. Словно я во что-то ввязываюсь. Что-то, что может заставить меня чувствовать себя хорошо в моменте, но, в конце концов, плохо для меня обернется.

— Вперед, — говорит Нолан, когда я колеблюсь.

Секунду я пялюсь в окно, затем снова смотрю на него, но мужчина уже уходит, закрывая за собой дверь спальни.

Мне бы хотелось освежиться. Я чувствую себя довольно грязной после секса прошлой ночью. Так что, захожу в ванную и… Вау. Высокое окно на дальней стороне выходит на океан, и я очень быстро оказываюсь перед ним. Смотрю вниз на разбивающиеся волны, прежде чем у меня даже появляется время подумать.

Что за жизнь. Каково это — жить такой жизнью?

Я никогда ни в чем не нуждалась. Обо мне хорошо заботились, и у меня был доступ к лучшему образованию. Если и не во всем мире, то, по крайней мере, в этой стране. Я выросла среди хороших вещей. Но это все, чем они были. Хорошими вещами. Школа была не... такой. Не было роскоши. Да, у нас было все, что есть в школах-интернатах на Восточном побережье. Плавательные бассейны и современные классные комнаты. Конюшни, заполненные лошадьми стоимостью в несколько миллионов долларов. Красивая униформа и классные поездки.

Но такая роскошь, как эта — не то, к чему я привыкла.

Душ настолько экстравагантен со всеми насадками и ручками, что я даже не знаю, с чего начать. А белый мраморный пол гармонирует с такой же плиткой. Сверкающее стекло вокруг говорит мне, что у Нолана либо есть горничная, либо он никогда не моется, потому что на нем нет ни одного пятнышка от воды. Солнечный свет снаружи заливает комнату мягким золотистым сиянием, а прозрачные белые занавески и высокие подсвечники создают романтическую атмосферу.

Романтическую.

Он… романтик?

Нет. Мой смех эхом раздается прямо под высоким потолком.

Я поворачиваюсь обратно к душу и захожу внутрь, чтобы включить воду. Она падает с потолка большим квадратным узором, заставляя меня выйти, чтобы не промокнуть.

— Ну, если нужно освежиться после грязного секса накануне вечером, это неплохой способ сделать это.

Я стягиваю футболку Нолана со своего тела, и его запах почти охватывает меня. Хотела бы я носить ее вечно.

Шорты сползают с моих ног, и я отступаю, отбрасывая их в сторону.

Сейчас здесь душно, и я не могу дождаться, когда войду и встану под этот ливень из горячей воды. Но как раз в тот момент, когда я собираюсь войти, открывается дверь.

Глава 21

Нолан

Она разговаривает сама с собой, когда я несу чемодан в хозяйскую спальню. Подхожу к двери ванной и прижимаюсь к ней ухом, но девушка снова замолкает, и все, что я слышу — шум льющейся воды в душе.