— И она сошла с ума и стреляла в вашу мать? — продолжил Лаки, нахмурив брови. — А ещё убила вашу тётю, Кэмерон Фрей?

Лаки снова посмотрел на мою лучшую подругу, и та снова кивнула.

— Только моя мама не знала, что Кэм была её сестрой, до нескольких лет спустя, — объяснила Хоуп.

— Чёрт... Ладно. А ещё она встречалась с вашим дядей Дереком? — с сомнением в голосе уточнил Лаки.

— С нашим дядей Майком, — поправил его Логан. — Дерек — наш неофициальный дядя.

Пожав плечами, Логан потер шею и виновато улыбнулся.

— Наша тётя Кэм встречалась с Дереком, но на момент смерти была с Майком.

— Окей, лучший друг, дядя и что-то вроде супер-дружелюбной тёти. Ясно, — пробормотал Лаки, но в его голосе не было уверенности. — А Майк — это…

— Брат папы, — предложил Логан.

— И Ноа, — вставила я. — Он и Ноа тоже братья.

— Он средний, — уточнила Хоуп. — Папа — старший.

— Да, — кивнула я. — А Ноа — младший.

— А этот Дэвид, — продолжил Лаки. — Он ваш дед?

Хоуп злобно сверкнула глазами.

— О нём мы не говорим.

— Я просто…

— Никогда, — резко перебила она.

На этом Лаки поднял руки вверх в знак капитуляции.

— Ладно, — сказал он в полном поражении. — Я вообще нихрена не понимаю в вашей семейной политике.

Бросив взгляд на Хоуп, он добавил:

— Неудивительно, что ты стала писательницей, если это были твои сказки на ночь.

Ноа, который последние двадцать минут подтягивался на турнике в дверном проеме, спрыгнул на пол и решил добавить свои пять копеек:

— Что тут непонятного?

Я исподтишка наблюдала за ним всё это время и не могла не заметить, что он выглядел куда медлительнее, чем обычно.

Его тело было в отличной форме. Мускулы прорисовывались идеально, но плечо явно не справлялось.

Заставив себя не думать о здоровье мужа, я смотрела, как он подошел ко мне, сел позади и притянул к себе, заключая в кольцо своих ног.

Потный или нет, я пошла к нему охотно, наслаждаясь ощущением его объятий.

— Кэмерон по уши влюбился в Грейсон, — вздохнул Ноа и поцеловал меня в плечо. — Бедняга. Помню, каково это было.

— Даже не начинай, Ноа, — быстро возразила Хоуп. — У тебя с Тиган всё было совсем по-другому.

— Да, — поддержал её Логан. — Вы были как поезд, летящий под откос, а Кэм и Тилли — это ядерный взрыв в ожидании.

— Она выглядела очень расстроенной, — неожиданно отметила я, впервые пытаясь взглянуть на ситуацию с другой стороны. — Ты видел её лицо? Я повернула голову и посмотрела на Ноа. — Ты видел её лицо, да? Разве она не выглядела... ну, не знаю… сломанной?

— Я не верю в это, — прошипела Хоуп. — Ты её жалеешь?

— Нет, — тут же возразила я, доказывая свою невиновность. — Я просто говорю, что она выглядела напуганной. Вот и всё.

— Ну, это уловка, — вспыхнула Хоуп. — Ты не знаешь её семью так, как знаем мы. Нельзя верить ни единому слову, сказанному Грейсонами.

Она бросила яростный взгляд на Ноа.

— И ты, между прочим, наш дядя, — резко добавила она. — Ты должен быть на нашей стороне.

— Ты абсолютно права, — неожиданно согласился Ноа, чем меня удивил. — И если бы на Тиган были такие же шрамы, как на твоей матери, я бы жаждал крови. — Ноа вдруг стал серьёзным. — Но ответь мне на один вопрос, Хоуп.

Наклонившись вперёд, он ещё крепче прижал меня к себе.

— Как ты думаешь, твоя семья приняла бы меня, если бы с самого начала знала, что моя мать — это Келси Мэйфилд?

Хоуп замерла.

— Это совсем другое…

— Да ну? — спокойно парировал Ноа. — Моя мать принесла твоей семье кучу проблем. Она в одиночку довела твоего отца до банкротства, а потом помогла Дэвиду Хендерсону разработать план, который привёл к тому, что твою бабушку изнасиловали, а твою мать подожгли.

Он обвёл взглядом братьев и сестру.

— Скажи мне ещё раз, что это не одно и то же.

Никто не ответил.

Ноа вздохнул, признавая поражение.

— Смотрите, всё, что я хочу сказать: та девушка, которую вы все ненавидите? Она человек. Она самостоятельная личность.

Он сделал паузу и закончил:

— И она вполне могла бы быть мной.

Ну, чёрт…

Оглянувшись по сторонам и увидев каменные лица всех присутствующих, я поняла, что мой муж умудрился сделать невозможное.

Он заставил детей Картеров замолчать.

Чёрт, как же я любила этого мужчину.

Просто взглянув на него, я почувствовала, как по моей коже пробежали мурашки. Он был слишком идеален, почти чересчур красив, чтобы осознать это до конца.

Каждое утро я просыпалась рядом с ним, глядя на обручальное кольцо на его пальце, и мне приходилось щипать себя.

Он выбрал меня, когда ему было семнадцать, и его преданность была вечной. Тогда я этого не понимала, но теперь поняла…

И, обдумав это, желая разрядить обстановку, я похлопала Ноа по бедру и бросила: