Вопрос закономерный. Стефан Пожарский объявился в моей жизни фантомом: бывший пленник Гильдии Целителей, бродяга без документов, без образования, без внятного прошлого. И вдруг я принимаю его в ближний круг. Вопросы неизбежны, и лучше дать на них ответ сейчас, чем дожидаться, пока люди сами додумают какую-нибудь чушь.

— Пожарский — последний из своего рода, — сказал я. — Дальний родственник по линии Рюриковичей. Пожарские восходят к Ивану Всеволодовичу, Платоновы — к Ростиславу Всеволодовичу. Оба сыновья Всеволода Большое Гнездо. Кровное родство — достаточное основание для покровительства.

Василиса приподняла бровь.

— Ты вытащил его из плена Гильдии, и теперь чувствуешь ответственность?

— И это тоже. Однако свой долг он передо мной уже погасил, — я откинулся в кресле, — когда закрыл меня собой в бою с Абсолютом. Долг жизни, оплаченный кровью. Поэтому я и предложил ему место рядом. Ты ведь знаешь, что я оцениваю людей по делам, а не по родословным.

Княжна помолчала, покрутив рулон чертежей в пальцах.

— Ладно, — она дёрнула плечом. — Надеюсь, он умеет не только шашкой махать, но и что-то полезное делать.

— Он тебя ещё удивит, — хмыкнул я.

Василиса закатила глаза с видом «ну-ну» и вышла, притянув за собой дверь. Через полминуты в кабинет вошёл Синеус.

Синеус прошёл в кабинет в армейских штанах и куртке без знаков различия, в которых, кажется, и спал. Приличный гардероб у него имелся, Савва позаботился, но брат упорно выбирал то, в чём удобнее драться, а не то, в чём прилично выглядеть. Привычно обшарил взглядом кабинет и опустился на стул. Древняя привычка, вбитая в кости.

— Что-то хотел? — уточнил он, вытаскивая из внутреннего кармана мятую пачку сигарет. — Или просто соскучился по моему обществу?

— Аж кушать не могу, — хмыкнул я и кивнул на пепельницу, которую Савва предусмотрительно выставил на подоконник.

Синеус чиркнул спичкой, затянулся и выпустил дым через ноздри, щурясь от солнца, бившего в окно.

— У меня для тебя работа, — сказал я без предисловий. — Мне нужен человек, который возьмёт всех Стрельцов из шести княжеств под единое командование и выстроит оборону от Бездушных так, чтобы она работала, даже когда меня нет. Я хочу, чтобы этим человеком был ты.

Брат затянулся, стряхнул пепел и ничем не выдал, что предложение его удивило. Может, и не удивило.

— Интересно девки пляшут… Но хотелось бы подробнее.

Я подался вперёд, уперев локти в колени.

— За последний год полковник Огнев перелопатил Стрельцов до неузнаваемости. Повыгонял бездарных офицеров, перетряс местные полки, выстроил секторальную систему с гарнизонами и патрульными отрядами. Панкратов тем временем мотался по княжествам, ставил тренировочные лагеря, натаскивал людей на мобильную тактику. Численность довели до девяти тысяч, деревни обеспечили магофонами, вооружение привели к единому стандарту. Костромским Стрельцам перестали навешивать конвойные обязанности, ярославских спасли из боярских поместий, где они сидели вместо дворни, муромских подняли с колен после войны. Сдвиг ощутимый.

— В чём загвоздка?

— В масштабе, — я встал и подошёл к карте на стене: шесть княжеств залиты синим, красные точки гарнизонов россыпью, чёрные штрихи обозначают известные гнёзда Бездушных. — Огнев и Панкратов решают тактическую задачу: обучить людей, вооружить, расставить по секторам, наладить связь, из деморализованных полков склеить боеспособные части. И справляются они отлично. Загвоздка в том, что дальше тактики они не заходят, да и не должны — это попросту не их уровень.

Палец мой прочертил дугу по карте от Вологды до Клязьмы.

— Стратегического планирования обороны как единой системы на шести территориях нет. Вообще. Никто не собирает общую картину: где именно расположены гнёзда, какие порталы за Грань сейчас активны, куда мигрируют орды, и, самое дерьмовое, откуда ждать следующий Гон.

Я ткнул пальцем на карту.

— Вот тебе пример. На Волге появился вид Алчущих, которых при нас с тобой не было, — водяные. Бездушные, приспособившиеся к речному дну: обросли илом и ракушками, охотятся из глубины, ночью облепляют суда и утаскивают экипажи. По информации на прошлое лето за год пропали люди с девяти кораблей на двух участках реки. С тех пор, количество, несомненно возросло. Мы столкнулись с ними случайно, во время похода в Белую Русь. Я передал сведения Разумовской, она оповестила соседей, но дальше что? Кто отслеживает, расползается ли зараза на другие реки? Кто координирует патрулирование? Правильно. Никто!

— Водяные, значит… Тысячу лет назад эти твари воды боялись, как огня. Течение сбивало им координацию, они тонули и бестолково ворочались на дне, пока не рассыпались. А теперь, выходит, приспособились, мрази.

Он затянулся и выпустил дым через ноздри.

— Скверно. Если они научились одному, научатся и другому.

— Верно. Не будем пока зацикливаться на этой проблеме и давай вернёмся к ситуации в целом.

Синеус затянулся и выпустил дым, прищурившись на карту.

— Каждый полк варится в собственном секторе и дальше носа не смотрит?