Сначала я сочла, что он издевается и нарочно пугает, а потом осознала, что это здоровенный лоб в самом деле надумал умереть!

– Ты можешь ему помочь… – шептал замок.

Голос возникал где-то под сводами высокого куполообразного потолка, с которого на меня смотрел мой отец. Точнее, это была фреска, и на ней императорская фигура при всех регалиях изображалась на фоне материка Таас. Золотые лучи, исходящие от пальцев императора, тянулись ко всем уголкам карты и как бы намекали, что у Золотого дракона ну очень длинные руки.

Так вот, замок…

Он решил ковать железо пока горячо, то есть брать наивную наследницу тепленькой, и прямо весь изнамекался, что я могу спасти Азаарта до того, как его дар, а с ним и жизненная сила, остынут под воздействием смертельного заклинания.

Как Азаарт умудрился его поймать и кто посмел наслать эту гадость, мне только предстояло разобраться. Пока же нужно было вытащить Азаарта и не увязнуть самой. Я же притащилась смотреть на наследство, прикоснуться к истокам своей странной семьи, которую всю свою жизнь считала совершенно нормальной…

– Раздень его, – шептал замок. – Тебе нужно увидеть рисунок проклятия, чтобы выжечь.

– Прелестно, Азаарт, чтобы увидеть тебя голым, мне нужно было притащить тебя на экскурсию в Золотой чертог.

Услышав про голых, демон заметно встрепенулся или даже как будто задышал чаще – значит, не все потеряно!

Замок подсказал, что печать проклятия нужно искать на животе, поэтому я быстро расстегнула жилет, вытащила из штанов рубашку и вздрогнула при виде огненной росписи. Почему-то я была уверена, что увижу зеленоватую надпись из черточек и палочек. Раз наш враг находился в Нижнем мире, то я ожидала увидеть следы магии мертвых, а обнаружила символы живого огня, впечатавшиеся в кожу инфернала.

Гадство!

– А теперь направь свою силу на печать, чтобы разрушить, – продолжал инструктировать замок.

– Ещё бы я умела!

– Верно. Сама ты не сможешь. Но я могу помочь, как только мы станем единым целым.

Эм… Где-то я уже это слышала.

– Ты вернулась домой, Любовь, наследница Дамира Золотого…

– Повтори! Как ты его назвал?.. Дамиром?

Замок что-то недовольно прошипел, видимо, не понял, как я посмела нарушить торжественность момента. Меня же весть о том, что папа и на Земле сохранил прежнее имя, окончательно отрезвила и напомнила мне, кто я такая.

– Слейся со мной, наследница золотого огня, и тогда ты сможешь принести много пользы этому миру.

– Этот мир со мной не рассчитается, – хмыкнула я. – Азаарт, пока ты спишь, мне тут слиться предлагают. Ага! Вижу, что слышишь и не одобряешь…

– Да кого ты слушаешь! – возмутился замок.

– Себя. И свою интуицию. Так вот, она мне намекает, что девушкам без определенного места жительства и четких планов на жизнь не стоит заключать долгосрочные контракты.

Замок замолчал. Призадумался, бедняга. И в зале вроде даже стало темнее, словно усиленная мозговая деятельность отнимала у Золотого чертога слишком много ресурса.

– Знаешь, а у меня есть встречное предложение. Ты мне сейчас по-быстрому спасешь моего друга. Если он умрет на этом месте, я очень сильно расстроюсь. Так расстроюсь, что ноги моей здесь больше не будет!

– Но ты должна! Ты же последняя хранительница…

– Которая знает, что предыдущий носитель этого статуса плохо кончил. У меня нет обязательств перед этим миром, но я привязалась к некоторым его жителям. – Тут я положила руку на живот Азаарта. – И если их станет меньше, мне просто будет нечего делать в Альтасе.

Да, я нагло блефовала. Но дух Золотого чертога не знал, что я ищу маму. Не знал, что меня воспитал сам император. Короче, он вот вообще ничего обо мне не знал и сделал скоропалительные выводы. Ну тут он не первый, так что простительно…

– Так что есть способ альтернативного исцеления?

– Есть, но твоему будущему мужу он не понравится, – недовольно произнес дух.

Азаарт заинтересованно распахнул глаза.

А может, выдать еще пару намеков на имтим животворящий – и это гадкое проклятие само как-то подавится?

– Я девушка свободная и для друзей готова на многое. В рамках приличий.

– Для соблюдения приличий вам потребуется третий, – скорбно объявил замок. И сразу стало ясно, что мой моральный облик его весьма волнует. – Тебе нужно к нему прикоснуться. Чем больше, тем лучше.

Я решительно опустила обе ладони на живот Азаарта.

– Так?

– Будет лучше, если ты его обнимешь.

Азаарт больше не изображал умирающего. Или ему в самом деле слегка так полегчало?