– Проще? Да они были вынуждены принять новую магию, чтобы выжить! Когда огненные источники иссякли, а на их месте начало фонтанировать… – Норгат многозначительно вскинул бровь и Карад буркнул, – хорошо, при девушке не ругаюсь. Будем считать, что одна магия вытеснила другую. Так что у многих просто не осталось выбора, либо рискнуть и адаптироваться к новой силе, либо остаться вообще без магии. Волки пепла выбрали второй вариант, но так преуспели в искусстве управления пеплом, что их заподозрили в сотрудничестве с Нижним миром.

Каждое слово Карада было наполнено болью. Он знал бывших Огненных волков и сочувствовал им, когда они стали Волками пепла.

– А дальше? – я перевела взгляд на Норгата.

– А дальше Волков пепла попытались переселить из Искрящейся долины. Отец счел, что магия этого места возродится, если ее не будут осквернять маги иной стихии. Волки пепла переселяться не пожелали, ну и были объявлены врагами империи.

Надо же…

Император Ардмрак явно считал себя большим специалистом по чужой магии. И позволял решать себе судьбы других рас.

– Извини, что наехал на тебя, Шумская. Ты многого не знаешь, но тебе простительно. Просто для меня это больной вопрос. Я же знаю многих лично…

– И они хотели бы вернуться в Долину?

– Конечно. Это же их дом. Там покоится прах их предков. Для многих долина была местом силы, независимо от того какого цвета огонь согревал эту землю. – Карад спрыгнул с подоконника. – Я невеселый собеседник. Так что дальше болтайте без меня. Если вдруг воронье уберется – дайте знать. Спущусь на полигон выпустить пар.

Карад направился быстрым шагом по коридору, а мне показалось, что за ним тянется темная дымка. Такая же порой окутывала и Норгата, и тогда его огонь темнел, словно смешиваясь с черным пламенем.

– Что скажешь? – я кивнула на удаляющегося Карада.

– У него есть право на злость. Но он заблуждается. Отец действительно пытается остановить распространение скверны, лезущей из Нижнего мира. Он и его стражи делают все возможное, чтобы сохранить огненные источники живого огня и не дать им превратиться в источники угасающего пепла.

– Но при этом расы пепла стали частью этого мира. Те же горгульи и демоны пепла…

– Они были первые, кто превратился. Их приняли как неизбежные перемены. А клан Волков провел специальный ритуал. Отец расценил его как предательство.

– Иными словами, император пытается контролировать всю магию этого мира.

– Ну почему всю. Только магию южной части континента, – оскалился в улыбке Норгат.

– И ему очень не нравится магия Нижнего мира. Магия пепла – неизбежное зло, а магия смерти – зло, которое должно быть уничтожено, – пробормотала я, следя за двумя мужчинами в темно-красном, стремительно исчезающих в глубине парка.

Хорошо, что я переправила своих золотых малюток. Это багряное воронье точно бы их напугало.

– Кстати, о неоспоримом зле. Ты заметила, что Эдмард не появился в столовой?

Да, феникса не было за завтраком. Как и Азаарта. Но если демону прописали постельный режим, то куда подевался Эдмард, я не знала. Но у меня имелось предположение на этот счет.

– Я планировала после завтрака заглянуть к госпоже Вейр.

– Думаешь поискать Эдмарда в ее постели?

Я поперхнулась воздухом.

– Вообще-то, я хотела расспросить ее о петушке.

– Ладно. Идем будить одну птичку, чтобы она пропела нам о другой, – насмешливо бросил Норгат.

ГЛАВА 5

Я была уверена, что Норгат всего лишь прикалывается, пока не увидела Эдмарда в дверном проеме. Захотелось даже выйти и проверить, а в ту ли дверь я постучала.

– Тебя не было за завтраком. Мы переживали, – нагло пояснил Норгат.

Дракон явно надеялся смутить феникса, но получил лишь в ответ предельно хмурый взгляд. А потом Эдмард просто сложил руки на широкой груди и замер с видом вышибалы у входа ночного клуба.

– Кто там, Эдмард? Мне показалось, я услышала голос адептки Шумской.

Тихая грусть госпожи Вейр была приправлена таким же безропотным флером обреченности.

– Тут еще и Норгат, – предельно недовольно пояснил Эдмард.

Я прямо-таки умилилась, ощутив под раздражением феникса нечто похожее на заботу. Нет, обо мне Эдмард тоже заботился, но эта забота была совсем другая, от нее не веяло нежностью…

Поймав мой задумчивый взгляд, феникс наставил на меня палец:

– Начнешь болтать – не буду делиться секретами.

– Да как будто ты обычно ими делишься, – хмыкнул Норгат. – Может, прекрасная хозяйка позволит нам войти?

– Да, пусть войдут, – слабо пролепетала госпожа Вейр.

У нее, как и у других преподавателей, во время каникул было больше свободного времени, можно было подольше поваляться в кровати. Впрочем, сейчас Вейр выглядела так, точно собирается умереть в этой самой постели.

– И это, как я понимаю, не грим, – успела произнести я, прежде чем за спиной взревело блокирующее пламя.

– Эд! Да чтоб тебя! – взвыл Норгат.

Надо же, тоже испугался.

– Это было неожиданно, – пробормотала я, рассматривая огненный кокон, аккуратно покрывающий стены комнаты Вейр.