Как же выйти на тех самых отверженных жен Вертии? Все они моментально становились персонами нон грата. Их переставали приглашать на обеды, балы, чаепития. Многие имена я знала из сплетен, но не более. Сказывался узкий круг общения и возраст. Все мало-мальски знакомые девушки либо не замужем, либо пребывают если не в счастливом, то в стабильном браке. Насколько я могла судить, кризис в семейных отношениях начинался после тридцати, тридцати пяти. Мне же двадцать четыре. Глядишь, войду в историю империи как самая молодая отверженная жена.

В близоруком обществе все просто: от хороших жен мужья не уходят. Весь груз ответственности ложился на хрупкие плечи. Оно и понятно. У мужчин статус, деньги, власть. Всегда проще винить во всем жертву. И пуще всего в этом преуспевали другие женщины. Словно пренебрежение и осуждение могло защитить их самих от подобной участи. Я усмехнулась.

– Все в порядке, госпожа? – спросила Лиз.

Она отвлеклась от работы и подняла обеспокоенный взгляд.

– И да и нет, – задумчиво ответила я. – Есть ли у тебя знакомые служанки?

– Увы, нет. Все мои подружки в основном работают швеями.

– Жаль…

Ну да надеяться на то, что кто-то из знакомых Лиз вхож в дом одной из отверженных жен было наивно. Не с моим везением.

– А что вы хотели? Вдруг я все же смогу помочь? – спросила служанка, взбивая подушки на софе.

– Ох, не думаю, Лиз. Я гадаю, где мне найти женщин, оказавшихся в затруднительном положении. Похожем на мое, – призналась я.

– Вы имеете в виду брошенок? – спросила она, а затем прикрыла ладонями рот.

Поняла, что сболтнула лишнего.

– Кого-кого, – переспросила я.

– Ну, мы на Мануфактурной так называем тех, кого бросили мужья, – извиняющимся тоном продолжила служанка. – Они устраивают собрания в нашей библиотеке. В приличных районах их, понятное дело, не пускают, а у нас попроще с приличиями. Главное, чтобы платили за зал.

В руки служанки отправилось еще одно колечко из шкатулки.

– Бросай эту уборку. Мы снова едем в город.

– А куда?

Я закатила глаза.

– Ясно дело, на собрание!

– Ой, оно же не каждый день, сначала узнать нужно что, да как…

– Тогда езжай одна и разузнай, когда они встречаются в следующий раз. Если сегодня – сразу же возвращайся домой. Я хочу посетить встречу как можно раньше, а если нет, то можешь и задержаться. Семью проведать.

Радостная, она тут же ушла собираться в город, а я достала из кармана артефакт. Камень был теплым на ощупь, а еще изменил свой цвет. Из мутно серого стал прозрачно-красным. Напитался силой. Не думала, что он так быстро наполнится. Мне нужен был новый. Кроме того, следовало придумать, куда деть старый. В доме со слугами расслабляться нельзя. Буду неосторожна и артефакт найдут.

– Госпожа, – в двери после короткого стука показалась служанка. Даже разрешения войти не спросила. – Приехала госпожа Инвар.

– Мама? – удивилась я.

Ее визит стал неожиданностью. Нет, встречи с ней не избежать, это я прекрасно понимала, но в прошлый раз она появилась, когда в обществе поползли слухи о Дарии и Изабелле. Сейчас же мама должна готовиться к свадьбе. Ей не до моих проблем. Так почему она здесь?

– Да, она ждет вас в гостиной, – кивнула служанка и ушла, не дождавшись разрешения.

Почему я раньше не замечала такого отвратительного обращения? Нет, я знала, что не нравлюсь слугам, видела это в их осуждающих взглядах, в которых читалось «господин Дэвлок достоин большего», но когда они перешли эту черту и стали открыто, действиями показывать свое отношение? Ответ был на поверхности. В прошлом я сама о себе была невысокого мнения, да еще так переживала из-за Дария, что у меня не хватало ни сил, ни желания строить слуг и требовать элементарного исполнения их обязанностей. Я смотрела на все сквозь пальцы.

Со слугами разберусь позже. А пока следовало поговорить с мамой. Узнать, что произошло. Возможно, стоит заранее ее предупредить о грядущем скандале. Разрыв с Дарием ударит и по ней. Ее будущего мужа, господина Теорана, я знала плохо, но не сомневалась, там тоже не идет речи о любви.

Разговор предстоял непростой, и насколько это было возможно, я собралась с духом.

– Иви, детка, – мама подскочила с дивана и направилась ко мне, едва я показалась в гостиной.

Она тепло меня обняла. Я почувствовала знакомый аромат духов и на секунду снова почувствовала себя маленькой девочкой. Выглядела мама прекрасно. Изумрудно-зеленое платье подчеркивало медный оттенок волос. Стройная фигура, длинная тонкая шея, идеальный овал лица. Мама была красива, и о ее возрасте говорили разве что едва заметные морщинки в уголках глаз, которые появлялись только когда она улыбалась. Но делала это Ребекка Инвар крайне редко.

Она отстранилась первой и взяла меня за руки, оглядела наряд.

– Боги, что на тебе надето? В таком тебя недолго спутать со служанкой. И синий цвет тебе не к лицу. Говорила же носить пастельные тона. – Мама недовольно скривилась. – Ты немного поправилась. Нужно похудеть. С таким мужем, как Дарий, нельзя расслабляться.