– Если вас не устраивает вариант с залом поменьше ввиду вашего увеличенного эго, то помочь мы вам не можем. Ваша бронь была снята неделю назад. А свято место пусто не бывает, – произношу каждое слово чётко, чтобы этот Северцев всё услышал. – А в номер вас проводит ваша няня, – и быстро смотрю на этого перекачанного любителя стероидов, растягивая губы в оскале. – Приятного вечера.

Разворачиваюсь, чтобы уйти, как моя рука попадает в железных захват.

– Ну что же ты Люба, так обижаешь уважаемого гостя, – звучит на ухо хрипловатый голос, а я спиной чувствую, что этот Тимур Варламович встал почти вплотную ко мне и демонстративно вдыхает запах волос.

Глава 2

«Я девочка» – проносится у меня в голове.

Но знать – это одно, а тело научено совершенно по‑другому. Быстрое движение – и пальцы Тимура Варламовича уже вывернуты моей рукой.

«Я девочка!» – повторяю про себя, но этот дебильный аутотренинг не срабатывает!

Чтобы взглянуть в глаза этому любителю трогать женщин без спроса, нужно немного задрать голову, так как даже на каблуках я дотягиваю ему только до подбородка.

Жду, что в его глазах промелькнёт боль или он начнёт приседать, чтобы выдернуть пальцы из захвата, а Северцев улыбается!

Челюсть сводит от напряжения: я прекрасно понимаю, что ему больно, но Северцев только хмыкает и подходит вплотную.

– Любишь пожёстче, Люба? – низким рокочущим голосом произносит Северцев. – А по запаху и не скажешь. Такой нежный цветочек – и такие тонкие шипы.

– Звучу банально, но не для этих лап папа и мама растили цветочек! – отвечаю холодно, а внутри всё звенит от напряжения.

Такой реакции у меня не было… никогда! Ни на одного мужика, который когда‑либо был рядом со мной. Со всеми я чувствовала превосходство, подсознательно понимала, что я сильнее. Но сейчас… Реакция Северцева мне совершенно непонятна и заставляет мой мозг истерично вопить, что нужно делать ноги!

Взгляд Северцева становится колючим. В момент даже температура понижается вокруг нас на несколько градусов. Я замечаю, что и охрана гостиницы, и парни этого бандюка снова делают синхронный шаг в нашу сторону.

«Ой, какие всё же мальчики выдрессированные!» – думаю я.

– Север, брат, тебе баб мало? – звучит раздражённо от перекачанного мальчика. – Давай сначала дела решим, а потом уже и разберёшься…

– Советую помолчать, когда взрослые разговаривают, – говорю раздражённо и резко отпускаю пальцы Северцева.

– Да ты кем себя возомнила? – рыкает качок, но его останавливает Северцев.

Демонстративно хмыкаю, складываю руки перед собой в замок. Смотрю на аккуратные часы на запястье и снова возвращаю взгляд на бандюков. И теперь я точно уверена, что это именно они!

– У вас осталось два часа сорок пять минут, если вам ещё нужен конференц‑зал. Нет? Тогда проходите в номера, что забронированы за вами, и не раздражайте посетителей нашей гостиницы.

Разворачиваюсь и уже собираюсь уйти, как всё же низкое желание уколоть этого Северцева отключает здравый смысл и культуру обслуживания. Оборачиваюсь вполоборота и вижу, куда он смотрит.

На мою попу, скотина!

– И советую не забывать, что у нас здесь культурный город. Все свои бандитские замашки оставляем за порогом моей гостиницы.

Кустистая бровь медленно ползёт вверх, а на губах Северцева снова появляется эта странная улыбка, от которой моё сердце пропускает удар, а мозг орёт благим маминым матом, чтобы я уносила ноги! Но это была бы не я, если бы не закончила:

– Хотя можете не оставлять. Не лишайте меня удовольствия вызвать сюда маски‑шоу. Поиграем по‑взрослому, мальчики.

Пока иду до коридора, что ведёт к моему кабинету, стараюсь не ускоряться. Но кто бы знал, как мне хочется просто исчезнуть! И ещё этот взгляд! Я чувствую его, даже когда за спиной закрылась дверь моего кабинета.

Опираюсь рукой на деревянное полотно двери и поворачиваю ключ в замке. Зачем делаю это – понятия не имею. Но так я себя чувствую спокойнее!

– Ой, бррр! – меня передёргивает уже наяву, а не только мысленно. – Откуда они здесь взялись?

Быстро сажусь за ноутбук и, открыв нашу базу, смотрю данные – откуда эти товарищи приехали.

– Юг, – тихо выдыхаю. – Ну супер просто. Мне здесь ещё горячих парней с замашками бога не хватало! И почему именно сейчас?

Обращаю внимание на возраст Северцева и его друга, Туманова Марата Александровича, и довольно улыбаюсь.

– Одному – тридцать пять, а самому Северцеву – тридцать девять. Да вы, молодой человек, в самом рассвете сил и желания приключений на свою голову, – усмехаюсь я и откидываюсь на спинку кресла.

– Хорош, зараза! – рассматриваю его фото в паспорте. – Но нет. Нет, Люба! Этот на разок не сойдёт. Да и хватит обманываться. Такие не бывают хорошими. Слишком много проблем с такими экземплярами.

В дверь стучат, заставляя меня вздрогнуть и отвлекая от тяжёлых мыслей. Работа затягивает и отвлекает. Но каждый раз, проходя по первому этажу, оборачиваюсь, чтобы не встретиться с этим Северцевым.