Я вновь поморщилась от звука. Странно, что обычно хладнокровная и сдержанная Шелла впала в такую истерику — на моей памяти она вообще ни разу так не голосила. Конюх, белее полотна, застыл у стены, прикрыв наготу покрывалом. Хороший актер все на свете роли сыграть способен, но когда смуглая кожа принимает светло-серый оттенок — это выходит за рамки любого таланта. Юноша глупо разевал рот, не в силах выдавить из себя ни одного внятного слова. И, клянусь, остановив взгляд на лице бедолаги, я вмиг изменила свои предположения: он понимает в происходящем ничуть не больше моего. Тогда как конюх оказался здесь?

Я на миг зажмурилась и попыталась вспомнить — оказалось, что последний всплывший в разуме эпизод касался вчерашнего ужина. Да, я сидела за столом, отказалась от свинины в пользу яблочного пирога, от души похвалила нашего нового кондитера, выписанного из столицы, и… и все. Сразу после этого я проснулась в своей постели с гулом в ушах. Хотя мне вчера следовало принять ванну и лечь пораньше, ведь разбудить должны были уже на рассвете — приготовить для встречи важных гостей.

Восемнадцать мне исполнилось в позапрошлом месяце, но организовать праздник удалось только сейчас. Часть гостей приехала спозаранку, а к вечеру в замке соберется сотня именитых фамилий. Формально я уже герцогиня Росс — стала ею сразу после гибели отца, но лишь сегодня к нам приедет его высочество наследный принц, чтобы принять у меня присягу и обсудить текущие дела приграничной зоны. Я называюсь «ее светлостью герцогиней Росс» уже почти два года, однако этот визит окончательно закроет вопрос, и тогда даже недоброжелатели прикусят языки.

Одной из причин отсрочки торжества и стал мой отказ принимать титул. Я впала в настоящую панику — мол, не справлюсь, слишком тяжелое дело для девичьих плеч. Матушка в ответ только скривилась и сухо заявила, что герцогине не к лицу подобная слабость характера. Благодаря ей и напоминанию, дочерью какого героя я являюсь, мне удалось взять себя в руки. В конце концов, мне и не придется нести ношу власти в одиночку! Со мной останется матушка, через год-другой с учебы вернется ее сын от первого брака, мой сводный брат, да и замужество с лордом Авреем запланировано уже на весну.

Гарольд — второй сын герцога Аврея, лучшего друга моего покойного отца. О помолвке уговорились еще в нашем младенчестве — и это был отличный способ разрешения всех будущих проблем. Их семья так же богата и именита, как наша, однако титул получит старший сын, а второй станет консортом, женившись на мне. Взамен я, приняв власть, получу безусловную поддержку одного из сильнейших родов королевства. Мне не придется лично вести войска на Рубеж, не придется принимать сложные решения и отбивать атаки эртонцев. А наш с Гарольдом первенец вместе со старшим кузеном возглавят два соседних герцогства, окончательно объединив приграничные территории в нерушимый союз.

Правда, до свадьбы мне предстоит пройти формальную процедуру принятия титула, встретиться с представителем короны и получить от наследного принца поздравления и советы, которые определенно пригодятся для управления. И вот этот знаменательный день настал… однако вовсе не по намеченному плану.

Я подняла взгляд на жениха. Маленькие глазки Гарольда бегали от меня к конюху, иногда замирали на разобранной постели. Казалось, он никак не может определиться с первостепенной реакцией: расспросить меня, наброситься на голого юношу с кулаками или разреветься от отчаянья. Да вот только матушка своими действиями выбрала за него — она вонзила пятерню в его пухлое плечо и завизжала уже прямо в ухо:

— Это ужасно! Благородный лорд, сын герцога, потомок великого дома столкнулся с таким бесчестием! Это моя вина — недоглядела, не приложила еще больше сил для ее воспитания, я виновата перед вами! — И рухнула на колени, заливаясь горькими слезами.

Гарольд очнулся, будто бы только сейчас в его голове встали правильные акценты, завопил, сотрясая кулаками и вторя уже намеченной речи:

— Позор! Охрана, схватить этого мерзавца, повесить на ближайшем столбе!

Я попыталась привлечь к себе внимание окликом, но на меня жених даже не посмотрел — скрывая посиневшее от ярости лицо, он вылетел в коридор. Как, впрочем, и остальные. Конюха утащили, и вслед за утекшей толпой в спальне наступила полная тишина, которая теперь давила на уши хлеще, чем недавний шум. Я все так же пыталась проморгаться и додуматься хоть до чего-нибудь. Вздрогнула, когда услышала ор уже снаружи — и в сплетении голосов сразу выхватила отчаянный крик конюха:

— Я не виновен, не виновен! Ваша светлость, выслушайте! Я никогда бы не посмел…

— Заткните ему рот, — громко и холодно распорядилась матушка. — В замке слишком много гостей, чтобы портить им настроение нашими проблемами.