– Быстро умойте лицо и одевайтесь! – я выхватила из вороха вещей тёмно-синее шерстяное платье.

Пока Эльси переодевалась, я вновь упаковала её чемодан и уложилась за семь минут. Тем не менее к трапу мы всё равно подошли самыми последними и встали вслед за смуглолицей кареглазой льеной с иссиня-чёрными буклями, не разобрать, своими или искусственными. Льена заискивающе улыбнулась нам и поплотнее закуталась в аляповатую накидку с райскими птицами. Перед льеной переминался с ноги на ногу хлыщ в малиновом пиджаке, ещё дальше – рослая пара молодожёнов, типичные кергарцы со столичным выговором. Я запомнила их, когда они сели на У́а-Тáо: никогда раньше я не видела, чтобы люди столько целовались. Сейчас они опять обнимались, и на них неодобрительно косился грузный льен с тройным подбородком. Сам льен, дородный белокожий северянин, имел вид преуспевающего дельца, что подтверждал пухлый портфель для бумаг из крокодиловой кожи. За льеном стояла семья с грудным ребёнком явно откуда-то с запада архипелага: по-имперски они могли лишь кивать, на ножи и вилки в ресторане взирали с ужасом, на официантов – с трепетом.

Сзади раздались бодрые шаги. Оглянувшись, я увидела вездесущего сероглазого льена. Лёгкий плащ он перекинул через плечо, в руке держал небольшой чемоданчик и совершенно не торопился. Окинул рассеянным взглядом толпу встречающих на пирсе, затем улыбнулся насупленной Эльси.

Стюард у трапа высокопарно прощался с пассажирами и вручал значки с эмблемой «Баргинора» – символическое изображение корабля и буквы Б на фоне волн. Он протянул значок осанистому льену в щегольских лаковых ботинках:

– Государственная судоходная компания Кергара желает вам всего доброго, льен Ларо́ш, и благодарит за то, что вы воспользовались нашими услугами…

Мир взорвался. Грохот был такой, что мне показалось, теплоход взлетел на воздух. Пол ушёл из-под ног, палуба стукнула меня по лбу. На несколько секунд я ослепла и оглохла.

Однако, торжественный приём приготовила мне родина!

Глава 2

– Всем лечь на пол! – заорал чей-то грубоватый, с хрипотцой, голос.

Поскольку я и так раскорячилась не хуже морской звезды, то благоразумно решила не шевелиться, лишь чуть приподняла голову и осторожно огляделась. Слева, закрыв уши руками, вжалась в доски палубы Эльси, за ней торчал малиновый пиджак хлыща. Справа льена с буклями монотонно бормотала то ли молитву, то ли проклятия. Других пассажиров мне не было видно. Плакал разбуженный младенец, невыносимо пахло гарью и чем-то железистым.

– Лежать, не двигаться! – продолжал надрываться всё тот же неприятный голос. – Кто попытается встать – всажу пулю!

Палуба затряслась от топота ног. Бегущих было много. Два-три десятка, не меньше. Где-то опять загрохотало, но уже гораздо дальше. Раздались сухие резкие хлопки выстрелов и болезненный вскрик.

– Не стрелять! – скомандовали на пирсе. – У них заложники!

Нереальность происходящего затмевала страх. Это же самый настоящий захват теплохода, прямо как в третьесортном романе! И где – в Кергаре, великом, могущественном, безопасном Кергаре!

– Да-да! – расхохотался голос. – У нас заложники! Десять с половиной человек. За каждый ваш выстрел мы убьём одного из них. Начнём как раз с вопящего сосунка.

Сделалось очень тихо. Истошно надрывался ребёнок, мать безуспешно пыталась его успокоить.

– Сволочи, – отчётливо выплюнул кто-то на пирсе.

– Поднимайтесь! – носок сапога легонько пнул меня в бок. – Руки за голову, никаких резких движений. Стреляю без предупреждения, сначала в ногу, затем в голову. Все слышали? Встаём!

Я поднялась. На том месте, где стоял стюард, дымилась обугленная дыра. Ярдах в пяти валялся лаковый ботинок с торчащей из него костью. Меня затошнило, и я перевела взгляд на пирс, где цепочка охранников из службы безопасности порта оттесняла толпу.

– Руки! – проорали над ухом. – Быстро завела руки за голову!

Закряхтела, разгибаясь, льена с буклями. С трудом встал грузный льен, резво вскочил хлыщ, за ними молодожёны и семья с младенцем. Мать судорожно дышала и крепко прижимала к себе ребёнка, её муж с ошалевшими глазами поддерживал жену. Захватчики обыскивали каждого по очереди, вифо́ны выкидывали за борт, у грузного льена дополнительно забрали и швырнули в воду портфель, у хлыща – пилочку для ногтей. Эльси, у которой отняли новенький, только что купленный в Бару вифон, опять зарыдала.

– Заткнись!

От звука пощёчины я вздрогнула, сделала шаг и втиснулась между до смерти напуганной Эльси и льеном с хриплым голосом. Он оказался невысок ростом, смугл и кучеряв. Глубоко посаженные карие глаза с вызовом уставились на меня.

– Мы заложники, а не жертвы палачей, – выдохнула я. – Не трогайте девочку.

Кучерявый презрительно оглядел меня:

– Она тебе кто?

– Дочь, – соврала я.