— Всё в порядке, — прошептала я. — У Хью есть полное право хотеть забыть.

Её глаза расширились от грусти.

— Забыть ваши отношения?

— Меня, Клэр, — ответила я, глубоко сглотнув. — Чтобы забыть меня.

***

В ту ночь сон не приходил легко, но когда я наконец задремала в ранние часы утра, меня разбудил громкий грохот рядом с головой и ощущение, как что-то лёгкое и пластиковое упало на одеяло. Пробуждаясь, я вздрогнула в замешательстве как раз вовремя, чтобы увидеть, как Хью со всей силы ставит свою огромную стереосистему, вместе с колонками, на тумбочку у кровати сестры. На ту сторону кровати , на которой спала я.

Как только он подключил стерео к розетке за тумбочкой и включил его, Хью встал и сразу начал переключать треки, пока не остановился на пятнадцатом.

Я поняла, что он делает, в тот самый момент, когда в мои уши ударил знаменитый барабанный ритм и гитарный рифф.

Он отвечает.

С сердцем, бешено колотящимся в груди, я схватила кейс с диском, который бросили прямо на меня, и уставилась на него, пока в колонках звучала песня Fleetwood Mac «Go Your Own Way».

Он не отводил от меня взгляда, дотянулся до кнопки громкости и прибавил звук на максимум.

Да, он явно хотел, чтобы я его услышала.

— О Боже, что, чёрт возьми, происходит? — простонала Клэр, натягивая подушку на голову и прячась глубже под одеяло. — Выключи это, Лиз.

Вероятность этого была такой же, как и замерзший ад. Пленённая и захваченная взглядом её брата, я смотрела, как он смотрит на меня, не в силах пошевелиться.

Груз моего раскаяния придавливал меня к матрасу, а сила его обиды сдавливала лёгкие, лишая воздуха.

Я чувствовала, как от него исходит гнев; чувствовала боль и молчаливые обвинения, которые исходили из его сердца и проникали прямо в моё.

Это твоя вина, — говорили мне его глаза. Ты сделала это с нами.

— О Боже, Хью! — прервал нашу напряжённую дуэль взглядов голос Клэр, которая вынырнула из-под горы подушек и мягких игрушек и швырнула в голову брату Гарри — своего страшненького, огромного плюшевого медведя. — Убирайся с моей комнаты, странный! И забери с собой свою чертову музыку!

После последнего эмоционального взгляда Хью оторвал от меня глаза и направился к двери, но не выключил музыку, оставив стереосистему позади, чтобы она сказала всё то, что его гордость никогда бы не позволила ему выразить словами.

Я — МИСТЕР БРАЙТСАЙД

Хьюи

12 декабря 2003 года

Наша школьная регби-команда выиграла кубок Шилера в этот вечер, и некоторые из старших ребят решили устроить внеплановую вечеринку у Криано.

Я знал, что приходить сюда сегодня — плохая идея, но как-то позволил Фели убедить себя, он же в свою очередь не пришёл. По тексту, который он отправил мне, уже когда я пришёл, у него было важное дело с новым другом из музыкального клуба.

Да, чёрт возьми, конечно.

Я знал, какую «помощь» он оказывал девчонкам — это точно не была помощь с домашкой.

Тогда через колонки заиграла «Mr. Brightside» группы The Killers, и я тяжело вздохнул, чувствуя, будто слова песни бьют прямо в меня. Если бы я просто остался дома, как Джонни, то не сидел бы сейчас на диване у шестиклассника и не наблюдал бы собственный личный ад. Лиз была здесь, терлась о Пирса, пытаясь танцевать, но постоянно останавливалась, чтобы страстно целоваться с ним.

Чёрт возьми.

Мне никак не удавалось перевести дух.

Честно, совсем никак.

Я изо всех сил старался не смотреть, но взгляд всё равно возвращался к ней.

Танцующая с ним.

Касаясь его груди.

Целующая его.

— Не смотри, парень, — услышал я, как Гибси сказал через пару секунд, садясь передо мной на кофейный столик и преграждая ужасный вид. — Смотри на меня.

— Я в порядке, Гибс, — заставил себя ответить я, хотя внутри всё было совсем иначе. — Правда.

— Послушай меня, — сказал он, наклонившись и уставившись в мои глаза. — Я знаю, тебе больно, я знаю, что тебя это убивает, и мне так чертовски жаль, что тебе приходится через это проходить. Но ты должен подняться, Хью. Соберись и сражайся.

— Я стараюсь, — стиснул зубы я, чувствуя, как сердце разрывается и колотится одновременно. — Но я просто пустой внутри, Гибс. — Я знаю, — ответил он, сжимая моё колено. — Я знаю, что ты всё ещё любишь её, но всё кончено, парень. — Мой старейший друг поморщился и добавил: — Ты должен отпустить её.

Хотя было больно это слышать, это был здравый совет от человека, который всегда стоял за меня и никогда не предаст.

Гибси был кем угодно, но не предателем. За всю свою жизнь я не встречал более преданного человека. Не важно, ссорились мы или нет, он никогда не выдавал моих секретов — даже Джонни и Клэр. У него было гораздо больше информации обо мне, чем у остальных друзей, он прошёл со мной через самые тёмные дни, и я был уверен, что он унесёт всё это с собой в могилу.