Я хотела очистить свой образ и не быть для него позором каждый чертов день, но я всё ещё была собой. Я не могла стереть своё прошлое. Я была изношена и грязна. Не было способа это исправить. Не было магического заклинания, чтобы уничтожить мои воспоминания.

Знание, что я отдала своё тело парню, которого не могла вспомнить, заставляло меня хотеть задержать дыхание навсегда.

Это заставляло меня хотеть содрать кожу с костей.

Стыд.

Это всё, что у меня осталось.

 

УХОДЯ, КАК ОТЕЦ

Хьюи

20 ноября 2003 года

 

Я давно уже принял факт, что всегда буду любить Лиззи Янг. В моём сердце не было кнопки «извлечь» — значит, она никогда не потеряет своё место внутри.

Просто ей придётся поменяться местами с кем-то другим, если я когданибудь снова откроюсь для такой любви.

Если это вообще возможно.

В чём я сильно сомневался.

Я пытался думать прагматично о нашем расставании, использовать логику и разум, но это было чертовски тяжело, когда моё сердце лежало у её ног в разбитом виде.

Я не мог быть лучше, я не мог в этот раз повернуть другую щёку.

Потому что слишком больно.

Потому что это был конец.

Если я возьму её обратно, так будет всегда, и я заслуживаю большего. Я любил её настолько, чтобы остаться, я обожал её настолько, чтобы держаться, но — до какого момента?

Когда это закончится?

Что случится, когда у неё будет очередной приступ?

Она снова изменит мне?

Прийдут ли ещё сообщения от обеспокоенных товарищей по команде с разговорами и слухами про мою девушку?

Что если я останусь с ней, и так будет в колледже, и после?

А что когда мы поженимся и у нас будут дети?

Смогу ли я жить так дальше?

Смогу ли вообще?

И как я объясню это детям, которых мы будем иметь вместе?

Где граница?

И вот я вдруг понял:

Это и есть граница, предел, точка перелома.

Здесь мы расходимся.

Здесь я ухожу с тонущего корабля.

После её извинений Лиз продолжала писать, продолжала просить прощения, продолжала звонить.

Мне пришлось выключить телефон, потому что игнорировать её было слишком больно.

Когда я сказал ей стереть мой номер, я не имел это в виду.

Но я не был достаточно силён, чтобы вынести последствия.

Всё внутри меня хотело броситься к ней обратно, но я не мог. — Хью. Голос отца ворвался в мои мысли, и я резко обернулся, когда собирал обед, увидев его за кухонным столом. — Сядь, сынок. — Не могу, — сухо ответил я, снова сосредоточившись на еде. — Мне нужно успеть на школьный автобус.

— Пожалуйста, Хью, — он настаивал. — Нам нужно поговорить, отцу с сыном. Потом я отвезу тебя в школу.

Чёрт возьми.

Этот человек раздражал меня до такой степени, что я избегал его как чумы.

Что было несложно, учитывая, что он проводил большую часть времени, избегая своей семьи.

Поэтому его внезапное желание поговорить со мной казалось ненужным и раздражающим.

— Ну что ж, — сказал отец, когда я неохотно сел за стол. — Как дела, сын?

— Нормально.

— Не похоже.

Мама!

Прекрасно.

— Если хочешь что-то спросить — спрашивай прямо, — откинувшись на стуле, я скрестил руки на груди. — Не надо ходить вокруг да около.

В его глазах мелькнула боль, но у меня не было жалости. Он не мог десятилетиями игнорировать меня, а потом внезапно появляться, когда ему вздумается, и я поклялся никогда так не поступать с близкими.

Моя семья и друзья всегда могут на меня рассчитывать.

Я не брошу их, как он бросил меня.

Я буду мужчиной.

Буду честным и надёжным.

Буду усердно работать и не принимать подачки от человека, к которому потерял всякое уважение.

Он не сможет меня подкупить подарками и спонтанными поездками в хорошие недели, как с моей сестрой.

Пусть оставит свои деньги при себе.

Я заработаю свои.

— Слышал, у тебя проблемы в отношениях?

— У меня проблемы с жизнью, папа, — ответил я спокойно. — Тебе не стоит об этом волноваться.

— Может, я смогу помочь.

Я усмехнулся. — Ты не можешь помочь себе, не говоря уже о нас.

Отец поморщился. — Это несправедливо.

— Да, ну и пусть, жизнь несправедлива, папа, и правда больно ранит. — Я знаю, что не всегда был рядом, — он начал, но я перебил его, не дав придумать очередную отговорку.

— Это мягко сказано, — холодно рассмеялся я без улыбки. — Ты был призраком в этом доме с тех пор, как умер Джо. Что значит быть рядом со мной? Ты отсутствовал с моей первой исповеди. Теперь я на волне и не стесняюсь выплеснуть весь гнев. — Твои внезапные визиты могут работать на маму и Клэр, но не пытайся со мной. Мне это не нужно, понял? — Я сузил глаза и выплюнул: — Ты мне не нужен.

 

СНЯТЫЕ ОБЯЗАТЕЛЬСТВА

Лиззи

29 ноября 2003 года