— Мероприятие? — Клэр мгновенно вскочила на кровати, глаза её чуть не вылезли. — Какое ещё мероприятие?

— Ежегодная церемония награждения молодёжной регбийной лиги.

— За что?

— Кэп получил полдюжины трофеев, — объяснил Фели. — А Гибс пошёл с ним как плюс один.

— Он тебе не принадлежит, Клэр, — напомнил я. — Гибс имеет право на других друзей, знаешь ли. И вообще, тебе, может, и не помешает немного пространства между вами.

— Ты серьёзно, Хьюи? — Моя сестра уставилась на меня, будто я только что заявил, что Земля плоская. — С чего бы мне вдруг хотеть пространства между мной и Джерардом?

— Чтобы ты могла проводить время с другими друзьями, — предложил Фели. — Например, с Лиззи?

— Вот именно, — согласился я, ставя фильм на паузу. — Ты ведь помнишь, кто такая Лиззи, да?

— Ты про мою подругу, которой нравится сосаться с моим братом?

— Тут она тебя подловила, чувак, — хихикнул Фели.

— Она всё равно твоя подруга, Клэр.

— Ей ты нравишься больше, чем я.

— Обычно я всем нравлюсь больше, — пожал я плечами. — Но это не повод не попытаться восстановить контакт.

— Вот зануда, — хмыкнула Клэр и запустила в меня подушкой.

— Серьёзно, — добавил я. — Тебе стоит ей позвонить, Клэр. — Позвонила бы, если бы она говорила со мной больше четырёх слов, — вздохнула сестра. — Она просто такая… грустная.

— Блин, — пробормотал Фели, передёрнувшись. — Она так и не может это пережить, да?

— Нет, — покачала головой Клэр. — Ей только хуже становится. — Пережить?! — взорвался я, тут же вскипев. — Ещё года не прошло с тех пор, как она увидела, как её сестру вытаскивают из грёбаной реки. Как ты предлагаешь ей это «пережить»?

— Извини, чувак, — пробормотал Фели, смутившись. — Я не это имел в виду.

— Она только с тобой и хочет говорить, — вмешалась Клэр. — Серьёзно, Хьюи. Она почти ни с кем в школе не разговаривает и никогда не отвечает на мои сообщения. Я правда хочу ей помочь, честно, но она всё время злится на меня из-за Джерарда, и мы постоянно ссоримся.

Я понимал, откуда она это берёт. Джерард был болезненной темой для моей девушки, но было тяжело слышать, что она всё больше отдаляется от всех.

— Я не знаю, что делать, — признался я, тяжело вздохнув. — И как ей помочь.

— Ещё как знаешь, раз ты — единственный, с кем она разговаривает, — сказала сестра с поддерживающей улыбкой. — Ты правда будешь отличным врачом, Хьюи, потому что уже сейчас творишь с Лиззи настоящие чудеса.

На самом же деле, я всё только испортил. Убедив Лиззи дать показания в гарды после Нового года, я не просто травмировал её — я её сломал.

По-настоящему сломал.

Гарда никак не отреагировали на её прорыв, и это отбросило Лиз на десяток шагов назад.

Она закрылась в себе и категорически отказывалась говорить о том, что они ей сказали или что она чувствует.

Она чаще стала резать себя, чаще пропускала школу, ей несколько раз меняли препараты, и всё это — моя вина.

Если бы я просто держал рот на замке, она бы сейчас не скатывалась в бездну.

 

 

ТАК ВОТ ЧТО ЗНАЧИТ БЫТЬ ТРИНАДЦАТИЛЕТНЕЙ

Лиззи

9 июня 2001 года

 

— Мне нравится, что ты никогда это не снимаешь, — сказал Хью, перебирая пальцами подвески на моём браслете на щиколотке, пока мы лежали на моей кровати, голова к ногам. — Такое чувство, будто я оставил на тебе клеймо.

— Так и есть, — ответила я, засовывая вторую ногу под его футболку.

— И я никогда его не сниму.

— Никогда?

— Меня похоронят с ним, — пообещала я, болтая ногой у него перед лицом, чтобы подвески зазвенели. — Спасибо за новый шарм. — Я посмотрела на последнее пополнение — знак бесконечности — и улыбнулась. — Он мне очень нравится.

Прислонившись к изголовью кровати, Хью улыбнулся в ответ:

— Пожалуйста.

Положив ногу с браслетом ему на плечо, я вздохнула с довольством:

— Так вот оно какое — тринадцать.

— Ага, — задумчиво произнёс он, лениво гладя меня по икре. — Довольно скучновато, да?

Жизнь вообще казалась скучной. Кроме Хью. Он был исключением из всех правил, и мне нравилось снова подниматься на уровень вместе с ним.

— Хью?

— Да, Лиз?

— Можно мы поцелуемся?

Его рука замерла на моей ноге, он странно на меня посмотрел.

— Конечно, — голос его прозвучал хрипло. — Конечно можно. — Хорошо, — прошептала я, перевернувшись на спину и раскинув ноги по обе стороны от его тела. — А то ты давно меня не целовал. — Не потому что я не хотел. — Поднявшись на колени, Хью подался вперёд, нависая надо мной. — Я всегда хочу. — Его тёмные глаза впились в мои. — Но у тебя были тяжёлые месяцы. — Опираясь на локоть, он приблизился и коснулся носом моего. — И я не хотел усугублять.

— Ты — единственное, что делает всё лучше. — Я дотронулась до его челюсти, потянула его к себе.