Потом к нашему столу подтянулись ребята из Scoil Eoin и сразу начали обсуждать, оценивать и ранжировать девчонок вокруг, как последние озабоченные.

А я тем временем достал телефон, чтобы немного остыть. Чёртов

Пирс. Ни одна девчонка в этой школе и в подмётки Лиз не годится. И даже если бы была — мне всё равно, потому что дело не во внешности. Дело в ней самой.

Прокрутив экран, я заметил непрочитанное сообщение и быстро открыл его. Сердце екнуло: от Лиз. Отправлено в 08:39. Можешь смотреть, но не трогать. х Пряча улыбку, я быстро набрал ответ:

Смотрю только на свою девочку. И трогать буду только её. х Понимая, что Лиз не ответит до конца занятий, я убрал телефон в карман и вернулся в унылый разговор о… правильно — девчонках.

Блондинки.

Брюнетки.

Рыжие.

Высокие.

Низкие.

С маленькой грудью.

С большой грудью.

Как взрослые.

И те, к кому лучше не подходить.

Господи, как же это утомительно.

— Но ты бы смог, если бы никто не узнал, да? — спросил Луки, повернувшись ко мне.

Я встряхнулся. — Что?

— Ну, замутить с другой?

— Нет.

— Отвечай честно, Биггси.

— Я так и ответил, — отрезал я. — И ответ — всё ещё нет. — Я видел, как та девчонка на уроке ирландского с тобой заговаривала.

— Я тоже её видел.

— Чёрт, она была огонь.

— Она умирала за каждое твоё слово.

— Она попросила у меня ручку.

— И номер. Я слышал.

— Ты дал ей?

— Нет.

— Да ну, Биггси! — заголосили ребята. — Она же на тебя вешалась!

— Да она сногсшибательная была.

— Точно.

— Пусть она мне позвонит, если что.

— Не надейтесь, — расхохотался Пирс. — Биггси закрылся от всей школы. Потому что влюблён.

— А ты подойди к ней сам, — бросил я, сверля его взглядом. — Или ссыкло?

— Мне не нужны твои объедки, — захихикал Пирс. — Хотя… для твоей девушки я бы сделал исключение. — Он подмигнул. — Передай её, когда наиграешься.

— Ох, мать моя женщина, не стоило тебе этого говорить, — простонал Фели, уткнувшись в ладони.

— Да уж, не стоило, — мрачно добавил Робби Мак. — Это уже перебор.

— Ага. — Я резко отодвинул стул и поднялся. — Не стоило, придурок.

 

 

ПОЗДНИЕ НОЧНЫЕ ЗВОНКИ

Лиззи

30 августа 2000 года

 

Я злилась на многое в этой жизни, но сегодня главным поводом было то, что я должна была начинать первый класс средней школы со своим парнем, а не пятый класс начальной — с его сестрой.

Я чувствовала себя брошенной ещё тогда, когда меня оставили в спецшколе, вместо того чтобы позволить учиться в обычной — со сверстниками. И это ощущение стало ещё сильнее после смерти моей сестры. А теперь я всё это переживала заново.

Потому что Хью шёл дальше, а я — оставалась позади.

И это бесило меня до ужаса, потому что некоторые из выпускников шестого класса Sacred Heart, которые закончили летом, были моложе меня. А теперь они уходили в среднюю школу, в то время как мне предстояло провести ещё два года в начальной.

Это было чудовищно стыдно — не только потому, что я собиралась отпраздновать четырнадцать в шестом классе, но и потому, что к концу первого года в средней школе мне бы исполнилось пятнадцать, в то время как остальные в классе только-только входили бы в подростковый возраст.

Двенадцать с половиной и я — в пятом классе.

Что за чёртово издевательство?

Я была старше всех в шестом классе, которым было либо одиннадцать, либо они только что отпраздновали двенадцать. А в моём собственном классе разница ощущалась ещё сильнее.

Клэр и Шэннон — одиннадцать. Остальные мальчики — тоже одиннадцать. Большинство девочек — десять.

Что у меня вообще может быть общего с десятилетними? Я должна регулярно брить ноги и подмышки, а они об этом даже не думают. У меня есть грудь, парень и менструации, а они всё ещё играют в Барби и флиртуют с мальчиками по игре Dream Phone. Кроме Клэр и Шэн, я не знала, как влиться в их компанию, потому что я никогда не чувствовала себя одной из них. У меня не было воспоминаний о жизни до трёх лет, а всё, что я помнила с тех пор, — это приёмы у врачей, госпитализации, слёзы, таблетки, истерики и травмы.

На самом деле у меня никогда даже не было куклы. Я получала их на дни рождения и на Рождество, но всегда либо отдавала подругам, либо использовала для стрельбы из пневматики, когда ходила на стрельбище с Хью и его друзьями.

Я не понимала, что хорошего другие девочки находят в переодеваниях, и ненавидела мысль о том, чтобы кружиться в оборках и бантах. Иногда я была не против надеть платье, но мой стиль кардинально отличался от того, что магазины предлагали девочкам моего возраста — и от того, что носили мои подруги.