Подо мной, за мили отсюда, танцпол; кипяток из лиц, протянутые руки, глумливые голоса. Я подвешен над ними, мои гигантские формы, сделанные из перемежающихся лучей знания. Я мечу вниз свою огромную руку; она движется сквозь толпу, описывая волны. Кто-то падает назад, другие просто позволяют иллюзии пройти сквозь свои тела, вызывающе. Что мне до этого? Я всемогущий Годзилла Бас из Меча Парфюма. Ещё нет признаков появления Скинвэйдера, пол мой, и я пускаю в ход ревущий риф, который заставляет их танцевать; заряд столь мощен, что им приходится двигаться, даже противникам. Клубные огоньки сливаются и хлопают, крошечный промежуток тьмы, на долю секунды последовавший с ритмической запинкой, перед тем как система снова ударяет, и я расчищаю воздух лезвиями басов, любя сверкание всего этого.

До меня долетают подбадривающие выкрики и звук барабанов битвы. Бас вторит моему собственному, только более глубокий, усиленный реверберацией зубов. Собирая шумы, является сам Скинвейдер; яростно тёмная набухшая информация. Медленный бой барабанных битов приобретает форму; пульсирует громадное сердце. Качает ласковый звуко-кровоток. Клуб трясёт в неистовстве. По бокам сердца разворачиваются чёрно-ночные крылья, удерживающиеся на высоте стрекозо-басов. И когда сердце распахивается, орошая меня звёздами, — звучит мелодия кинжалов. Боль заливает меня, как сок солнца. Сотрясаясь, я вызываю Шестиструнного Металюгу, извлекающего скретчи твист-фанка из призрачной гитары. Швыряю фанк, возлагая надежды на бомбёжку ритма. Скинвэйдер мутирует; туманный взрыв психоделического шквала разрешается шёпотом. Теперь я сделался Языком Ящерицы-Ниндзя; Древняя Лед-Зеппелинская петля ударных, маниакальная хип-хоп шрапнель. Стремительно-огневые, остро заточенные слова, оскорбляющие хаус-диджея, клуб и всех танцующих. Скинвейдер туманит вертушки, выдавая музыкальный хит-удар, снова и снова. Толпа не знает, как справиться с битами, которые я бросаю в них, внизу становится сумасшедше-холодно. Так добьём же их; теперь вызываю М.О.Р.фина, вплывающего на крутом мерцающем бризе виброфонов и щелчков пальцами. Это красиво, это роскошно. Это очарование сна. Скинвэйдер расплывается, желая вздремнуть. И со всеми подключёнными монстриками мы становимся небоскрёбом — я Эмпайр Стейт Меч-Парфюм! Передаваемый всей внешней системой, я отрываюсь от диско. Дождь ласкает моё тело, но моя голова выше уровня туч. Огромный среди дорог и блеска, и дальних холмов, где я когда-то однажды жил свою маленькую жизнь. Но то было вчера, а сейчас я должен наклониться к моим 97 миллионам танцполов!

Я убаюкан собственным сном, когда вражеский бас реально скользит, на земноядерную глубину, и барабаны нарастают в ускоряющейся чуме, которая гоняет толпу по венам, высасывая из них энергию. Шум снова оборачивается — теперь в несущую опустошение рыбу-меч-локомотив на паровом двигателе. В мёртвый центр моего здания ударяют разрывные; стихия. Скоростная магистраль к черепу. Сражённый, я обрушиваюсь на землю, и теперь могу видеть только клубный потолок, все с шипением сверкающие огни. Танцующие носятся по разрушенным комнатам моего тела, с возгласами рассеиваясь.

Готово. Так просто.

Скинвэйдер, словно парящий калейдоскоп, торжественно висит на лучах света, его форма то конь, то молот, то финка, то рой ос, то ракета; у каждой — своя, ужасающая мелодия. Наконец, нависает как гигантская змея, истекающая ядовитой песней, каждая капля которой прожигает мои стены насквозь.

Пока внутри моей иллюзии не остаётся лишь один персонаж, и я чувствую, как медленные, выгоревшие чувства Марго смешиваются с моими. Но она улыбается, не знаю почему. Шепчет. Свет мерцает вновь, лучи дрогнут, время становится вялым. Я понимаю всё в этот растянутый момент, то, как у самого поражения есть свой ритм; свет, проекция, музыка…

И в крошечной тишине, что следует за этим, я позволяю раствориться всем своим призракам, призывая лишь Девичью Силу 7 последними оставшимися силами. Музыка с щелчком возвращается в действие, время становится обычным, и я исчезаю, растворяюсь. Змея шипит вокруг. Но я мала, я миниатюрна. Ангелы в дабе. Я та маленькая девочка, что поёт яд тебе на ухо, когда никто не видит…

Возьми две тучи и нанижи

по одной с каждой стороны;

сотри в волосах дождинки,

и небо станет твоей невестой,

небо станет твоей невестой.

Теперь меня, обнажённого, выволакивают из диджей-машины, что происходит? Всё тёмное — внутри и снаружи, где-то далеко визжит толпа, а мой противник лежит на полу рубки, от его тщедушного подёргивающегося тельца поднимается дымок. В этом мире ему не больше десяти лет. Я тоже шатаюсь — так плохо, что даже не чувствую боли, когда меня кто-то пинает. Но Марго здесь, она всегда рядом, когда нужна, требуя денег, призов. Кто-то предлагает мне работу; Марго предлагает им пойти обслужить себя самостоятельно, и это хорошо, потому что теперь это новое внутри меня, ожившее для всех моих нужд…

Завершить все процессы. Я — Скинвэйдер Детбит, последний член лучшей музыкальной команды всех времён МЕЧ-ПАРФЮМ. Со своим оружием хамелеоновой мелодии я готов ко всем сражениям. Сыграй следующую игру со мной. Мы ввергнем Лунчестер в диджейский Парадиз. Смерть всем противникам!

* * *