Изольда перевела взгляд вниз, скользя по крови и плоти, пока не нашла… торс, или то, что от него осталось. Человек был разорван пополам, его ноги превратились в пару сапог и бледное мерцание костей. По-видимому, что-то осталось от его лёгких, потому что Изольда слышала влажный хрип его дыхания, но остальная часть …

Изольда пила кровь, жаждала её, но этого было достаточно, чтобы даже у неё перевернулся желудок.

— Ты видел, что сделало это с тобой? — спрашивал человека Бастиан, его голос был мягким, когда он откинул окровавленные волосы со лба мужчины.

Его рот шевельнулся, но не издал ни звука. Его глаза были широко раскрыты, испуганы. Слёзы навернулись и потекли по его вискам, оставляя полосы на багровом.

— Бастиан, — прошептала Изольда, нависая у него за плечом.

— Можешь сказать мне, что это сделало? — снова попытался Бастиан. — Это был медведь?

— Бастиан, это жестоко, — сказала Изольда.

Человек снова попытался заговорить, и кровь пузырями выступила у него на губах.

— Всё в порядке, — Бастиан пошевелился, одна его рука исчезла под плащом. С левой стороны, где человек не мог этого видеть, он обнажил кинжал, о котором Изольда не знала, что он носит. — Всё будет хорошо, — сказал он человеку. Затем, через плечо Изольде: — Иди за чудовищем.

Изольда колебалась мгновение. Было неправильно уходить, уйти в последние минуты жизни этого человека, но… она ничего не могла для него сделать. Если бы они добрались туда раньше, она могла бы обратить его. Но сейчас от него осталось недостаточно, чтобы стать вампиром.

По крайней мере, если она догонит чудовище, она сможет помешать этому случиться с кем-то ещё.

Изольда побежала.

Она летела между деревьями в том самом месте, где видела, как исчезло чудовище. Снег был слишком глубоким, чтобы разглядеть форму отпечатков, но она могла видеть путь, которым он прошел, глубокие ямы, куда приземлялись его лапы, когда оно бежало. По краям его пути тянулся след крови — человеческой. Без сомнения, она вытекала из пасти чудовища.

Багровые пятна на снегу вскоре иссякли, но следы — нет. Они изогнулись на восток, а затем неуклонно на север. Изольда не видела Бладхейвен сквозь деревья, но была почти уверена, что теперь бежит параллельно деревне.

У чудовища была фора, но оно не могло быть так далеко впереди неё. Изольда знала по опыту, что она быстрее большинства животных. След перед ней всё ещё был чёток, всё ещё вёл на север.

Вон там. Среди деревьев впереди она увидела полосу белого меха, почти невидимого на снегу. Он двигался слишком быстро, чтобы она могла разобрать, что это было, но она ускорила шаг, ныряя, как птица, между деревьями, её взгляд был прикован к этому призрачному размытому пятну.

Она свернула влево, нагоняя чудовище. Если она сможет подойти к нему под углом, возможно, она сможет…

Обжигающая боль вспыхнула в её груди.

Мир накренился, деревья повернулись набок, когда Изольда подскользнулась. Она ударилась о снег, и весь воздух вылетел из её лёгких при ударе. Голова закружилась, когда она моргнула, глядя в небо, борясь за воздух.

Крик нарастал в лёгких Изольды, но у неё не было воздуха, чтобы выпустить его. Боль в груди усиливалась с каждой проходящей секундой. Её кожа горела, обжигаемая агонией, не похожей ни на что, что она когда-либо чувствовала прежде.

А затем, между одним морганием и следующим, её глаза закрылись.

Она не видела.

Лёгкие Изольды снова заработали, дыхание стало прерывистым, как только она сделала первый вздох. Сердце в груди колотилось, так же, как тогда, когда она поняла, что Бастиан — волк.

Потому что она не видела.

Вокруг было темно. Она не могла разглядеть даже очертания сосны.

Задыхаясь, она заставила себя перевернуться на живот, а затем встать на колени. Она должна была двигаться. Она должна была выбраться из леса, вернуться к Бастиану, к Селене, куда-нибудь куда угодно, где чудовище не смогло бы до неё добраться. Она была лёгкой мишенью здесь, в снегу, один чёрт знает как далеко от деревни, одна и слепая.

Она ничего не видела. Она была слепа.

— Вставай, — сказала она себе между вздохами. — Вставай, Изольда.

Каким-то образом ей удалось, шатаясь, подняться на ноги. Земля, казалось, вращалась под её сапогами, слишком далеко, чтобы разглядеть где она находится. А её грудь…

Изольда не смогла сдержать крик, когда подняла руку к горящей коже и обнаружила, что она липкая от крови. Передняя часть её туники была пропитана ею, а сам порез… ощупывая пальцами она не могла оценить его размеры, но боль говорила ей, что он был длинным и глубоким.

И он всё ещё сильно кровоточил, несмотря на то, что её вампирское исцеление должно было уже исцелить рану, что делало её ещё более лёгкой мишенью для чудовища.