– Я всю ночь думала. У меня есть одно условие. Только одно.

Поставил чашку на стол. Звук фарфора о мрамор – резко, как выстрел.

– Я говорил: никаких условий. Ты либо соглашаешься на мои правила, либо нет. Третьего не дано.

Подняла голову. Встретила взгляд – холодный, уверенный, без тени сомнения.

– А если я уйду сейчас? Просто встану, возьму свою сумку и уйду? Вы отпустите?

Даже не моргнул.

– Отпущу. Дверь открыта. Но ты знаешь, что за ней. Старая квартира. Звонки коллекторов. Смены до ночи. И никакого шанса на что-то лучшее.

Сглотнула. Прав. И это бесило больше всего.

Встал, обошел стойку и остановился за моим стулом. Руки легли на плечи – тяжелые, теплые, не давят. Просто держат.

– У тебя всегда будет право сказать «нет», – прошептал у самого уха. Дыхание коснулось кожи. – Но я буду делать все, чтобы ты захотела сказать «да».

Пальцы скользнули по шее – вниз, к ключице. Жест властный, но приглашающий. Не приказ. Соблазн.

– Попробуй неделю. Без условий. Если не понравится – я сам отвезу домой. Ни слова напоследок. Но если понравится... ты сама попросишь остаться.

Губы едва коснулись мочки уха – не поцелуй, просто дыхание.

– Выбор за тобой, Арина.

Закрыла глаза. Сердце билось бешено.

Отступил на шаг, давая пространство.

Но голос, прикосновения, эта уверенность – они уже делали выбор за меня.

– Неделя, – прошептала.

Улыбнулся – победно, но мягко.

– Хорошо, будущая жена. Тогда начнем с завтрака. А потом...

Вышел в гостиную и вернулся с двумя большими пакетами из дорогих бутиков. Положил передо мной.

– Здесь одежда. На сегодня. Выбирай сама. Без моих советов.

Открыла пакеты. Платья, джинсы, блузки, белье – все новое, с бирками.

– И еще. Сегодня ты можешь пойти куда хочешь. Одна. Без водителя. Телефон оставишь – чтобы не звонили кредиторы. Просто погуляй по городу. Купи что хочешь – карта в кошельке на столе.

Уставилась на него.

– Вы шутите?

– Нет. Ты сказала – чувствуешь себя куклой. Так докажи себе, что нет. Выбери одежду. Выбери маршрут. Выбери день. Вечером вернешься – поговорим о правилах.

Допил кофе и ушел в кабинет.

Я сидела, глядя на пакеты.

Улыбнулась.

Может, эта золотая клетка не такая уж тесная. По крайней мере сегодня.

Глава 4

Простые синие джинсы, белая вязаная кофта, бежевые кроссовки – ничего кричащего, но все сидело идеально, словно шили на меня. В зеркале я выглядела другой. Не официанткой с усталыми глазами, а девушкой, которая может позволить себе гулять по городу в будний день.

Кошелек с черной картой лежал на столе в прихожей. Взяла его, а телефон оставила – как он просил. Влад уже ушел по делам, только коротко кивнул: «Возвращайся к восьми. Не опаздывай».

Вышла на улицу – осенний воздух прохладный, но солнечный. Листва под ногами шелестела золотом и багрянцем. Спустилась из элитного района к центру пешком – чтобы почувствовать город.

Тверская. Витрины, в которые раньше заглядывала только издалека. Остановилась у бутика – того самого, где работала до закрытия. Теперь другой бренд. Постояла минуту, вспоминая, как бегала между полками, как прятала слезы в примерочной. Улыбнулась – горько, но с облегчением. Прошлое уже не кусало так больно.

Кафе на Поварской – маленькое, уютное. Раньше не могла себе позволить даже латте. Большой капучино с корицей и тирамису. У окна, глядя на людей. Никто не торопит. Никто не звонит.

Карта сработала без проблем – официантка даже улыбнулась шире, когда увидела черный пластик.

Воробьевы горы. Скамейка у смотровой площадки. Москва-река блестела внизу. Ветер играл с волосами. Распустила, позволила себе просто сидеть. Обычно бы сейчас звонил банк – напоминать об очередном платеже. Или хозяйка квартиры – о задержке. А сейчас – тишина.

Старый Арбат. Галереи, керамика. Купила маленькие серебряные сережки – просто потому, что захотелось. Продавщица завернула в коробочку, пожелала хорошего дня.

Обед в грузинском ресторанчике. Хачапури и бокал саперави. Вкусно до слез. Засмеялась сама себе – когда последний раз ела не на бегу?

Ближе к вечеру – Красная площадь. Люди фотографировались, смеялись. Солнце садилось, окрашивая небо в розовое. Закинула голову назад. И поняла: я не думаю о долгах. Не думаю о завтрашней смене.

Думаю о нем.

О том, как стоял босиком на кухне. Как разрешил мне этот день. И как смотрел – словно видел не только тело, а все внутри.

Впервые за долгое времсебя живой. Не куклой. Не жертвой обстоятельств.

В шесть вернулась. Лифт наверх. Открыла дверь.

Власов стоял у окна с бокалом в руке. Обернулся.

Поставила пакеты на пол. Стояла, не двигаясь. Его взгляд – тяжелый, словно все обо мне знал.

– Как день?

– Невероятный. Спасибо.

Поставил бокал. Звук стекла о стол прорезал тишину. Медленно подошел.