Оставив дверь модуля нараспашку, чтобы проветривалось, от греха подальше выкидываю остатки коньяка в мусорный контейнер. Не думала, что Юрий Сергеевич окажется таким ранимым. Обиделся, кто бы мог подумать. Еще одна городская неженка: чуть что не по его – сразу депрессия.

Пообедав, проверяю своих поредевших пациентов. Остались только легкие, которые после кратковременного лечения отправятся обратно на передовую.

Палатка почти пустая. Очень хочется, чтобы так и оставалось. Столько крови пролито. Быстрее бы все уже закончилось.

Хотя, если честно, я себя уже почти и не помню в прошлой, мирной жизни. Не представляю, как буду жить иначе. Вот вернешься в город, устроишься на работу и будешь приходить после нее в пустую квартиру. Уберешься, постираешь, приготовишь поесть – и что? И воспоминания, которые ты спрятал глубоко-глубоко, тут же начнут всплывать в памяти.

Вот сейчас у меня выдалось свободное время в обед, и я тут же ухожу в палатку и хватаюсь за спицы, чтобы хоть чем-то занять себя и приносить пользу. А какая на гражданке от меня польза?

Когда слышится шум мотора, невольно напрягаюсь. Я, честно, не думала о том, почему Иры с начмедом нет так долго. Пока они ехали в город, мы с ней переписывались по поводу продуктов, потом я один раз уточнила, все ли хорошо, и больше не дергала. В конце концов, со всеми остальными Юрий Сергеевич адекватный, и совершенно не мое дело, по какой причине они так задержались.

На улице слышатся громкие голоса: кто-то что-то удивленно спрашивает, узнаю по интонации голос Юрия Сергеевича, который что-то бросает в ответ. Вернулись, значит.

С шашлыком, конечно, начмед хорошо придумал, но как теперь находиться с ним в одной компании и делать вид, что ничего не произошло, я не знаю. Сижу, притаившись на своей кровати, и продолжаю вязать. Пока меня не окликают, стараюсь не высовываться.

– А где Вика? – раздается громкий голос Иры.

– Она у себя, – отвечает кто-то из девчонок.

Поспешно добирая ряд петель, невольно смотрю на вход. Полог колышется, а в следующую минуту появляется она сама.

– А ты чего спряталась? – улыбается.

– У меня еще обед, – хмуро гляжу в ее довольное лицо.

– Пойдем, что покажу, – кивает она на улицу.

Со вздохом откладываю вязание и встаю.

– Как съездили? – спрашиваю, пока она ведет меня в сторону штабного модуля.

– Ой, хорошо, – пожимает плечами. – Все купили, поболтали за жизнь, выпили кофе.

– Спасибо, что не коньяка, – усмехаюсь, поднимаясь по ступенькам, и останавливаюсь в дверях.

– Ну? – выжидательно смотрит на меня Ира.

– Что “ну”? – хмурюсь.

– Ну ты даешь, – показывает она рукой в сторону тумбочки, на которой раньше стоял чайник.

Удивленно дергаю бровями, заметив там вместо него кофемашину.

– Ты сдурела, что ли? – подхожу ближе, разглядывая аппарат, какие ставят в кофейни. – Сколько стоит?

Я уже привыкла к растворимому кофе, но, конечно же, он не сравнится со свежемолотым.

– А это не я, – вздыхает подруга. – Это Юрий Сергеевич сделал подарок для персонала. Чтобы мы пили хороший кофе.

– Ну... здорово, – растерянно пожимаю плечами, потому что съязвить хочется, а нечего. – Это ты его надоумила?

– Нет, это он сам придумал, – отзывается Ира. – Но это еще не все.

– И что же еще? – спрашиваю, понимая, что она ждет моего вопроса.

– Пошли, – загадочно показывает глазами на выход.

В курилке толпятся медсестры, окружив начмеда. Мне приходится приложить усилия, чтобы сдвинуться с места. Подходя ближе, слышу оживленные разговоры и веселый смех.

– Юрий Сергеевич, ну вы придумщик! – улыбается Даша.

– О-о-о… – раздается чей-то стон. Дергаю бровями, покосившись на Иру.

– О, Виктория Викторовна пришла! – замечают меня медсестрички, и Юрий Сергеевич оборачивается.

Пристально смотрим друг на друга пару секунд. Взгляд у него какой-то непривычно тяжелый, но он первый отводит глаза и молча делает шаг в сторону, пропуская меня. Вхожу.

– Вика, садись скорее! – нетерпеливо зовет меня Даша. Опускаюсь на лавку, подозрительно покосившись на нее, и уже после замечаю, что на шеях у двоих медсестер что-то прикреплено.

– Что это? – немного отстраняюсь, когда Даша тянет ко мне какой-то непонятный прибор, похожий на краба.

– Не бойтесь, Виктория Викторовна. Это всего лишь массажер для шеи, – ровным голосом произносит Юрий Сергеевич.

С сомнением покосившись на аппарат, позволяю Даше надеть на меня этого “крабика”. Когда она включает его, ножки начинают извиваться, ощутимо вдавливаясь в мышцы.

– О-о-о… – выдыхаю, не сдержавшись, потому что это очень приятно.

После длительного стояния на ногах спина затекает жутко, мышцы спазмируются, а эта штука замечательно разгоняет кровь и снимает зажимы.

– Юрий Сергеевич просто гений, скажи, да? – восторженно смотрит на меня Даша.