Да, но сейчас было не время задавать их.

Он натянул поводья своей лошади, чтобы развернуть ее.

Когда он уезжал, я бросила последний взгляд на свою прелестную чалую.

Я встретила ее на берегах Туры будто бы целую жизнь назад. Мы так далеко зашли вместе. От Трео до Эллдера и Равалли. От горящей крепости до затопленной пещеры.

Эта лошадь спасла мне жизнь. Без нее…

Я подняла лицо к небу, зная, что она нашла свой путь к Арабелле. Что в тени Богини Любви она больше не почувствует боли.

Рыдание вырвалось у меня, когда рука Рэнсома скользнула по моим плечам.

— Черт возьми, — всхлипнула я, пытаясь взять себя в руки. — Я очень любила эту лошадь.

Рэнсом взял мое лицо в ладони, вытирая большими пальцами мои слезы.

— Ты можешь продолжать?

— Да. — Я кивнула, все еще плача.

Да, я буду продолжать. Как и Фрея, я буду продолжать, даже когда отчаянно хотела остановиться.

Он поцеловал меня в лоб.

— Это моя королева.

Двадцать семь

Двадцать семь

Каспия

У корабля, который вез нас из Озарта в Куэнтис, не было названия.

Мы с Косом назвали его «Улитка» из-за скорости, с которой он пересекал море.

— Мне скучно. — Мальчик бросил апельсиновую кожуру через корму корабля в бирюзовую воду. Он застонал, отправляя в рот кусочек очищенного фрукта.

— Я думала, ты учишься ходить под парусом у капитана, чтобы, когда мы доберемся до Куэнтиса, ты мог украсть свою собственную лодку и никогда больше не видеть Андреаса.

Они поссорились после того, как Андреас застукал Коса за тем, как тот рылся в каюте первого помощника, пытаясь украсть медный оптический прицел. Андреас сделал Косу выговор, заставив его протирать палубу вместе с командой. Яростно скребя грязную доску, Кос рассказал мне о своем плане украсть лодку и уплыть.

Возможно, он и сбежит. Но сейчас он заперт на этом корабле вместе со всеми нами.

Мы путешествовали несколько солнц, петляя вдоль береговой линии Каландры.

Было бы намного быстрее, если бы мы прошли прямо через Крисент, но небеса были суровы с тех пор, как мы покинули Скеншон, и Андреас не хотел рисковать штормом, который мог перевернуть наш корабль.

Лучше не торопиться, чем утонуть.

Прошлым вечером капитан привел нас в бухту, чтобы мы бросили якорь и переждали шторм. Пока небо прорезала молния и гремел гром, мы с Андреасом проводили время в постели, в обнаженных объятиях, а дождь заглушал наши стоны.

С тех пор как я попросила Андреаса отвезти меня в Куэнтис, я больше не видела видения о его смерти.

Я надеялась, что это означает, что я сделала правильный выбор. Что я изменила его будущее так же, как изменила будущее Коса.

Я надеялась, что Эмери простит меня со своего места рядом с Божеством в Глори.

Мести придется подождать. По счастливой случайности, мои пути в конце концов пересекутся с дорогами среброглазого воина. И тогда я смогу отомстить.

Когда Кос доел свой апельсин, я начала чистить свой, вдыхая сладкий аромат и наслаждаясь тем, как он смешивается с солью в воздухе.

Божество, я так соскучилась по запаху моря. Это было самое близкое к домашним запахам, что я ощущала с тех пор, как приехала в Каландру.

— Вы собираетесь все это сама съесть? — спросил Кос, пока я продолжала чистить.

— Ага. Или я могу найти Андреаса и поделиться с ним.

Губы мальчика скривились, заставив меня рассмеяться.

— Ты знал правила, когда мы поднимались на борт корабля. Больше никаких краж.

— У меня появился волдырь от всей этой чистки. — Он поднял свою маленькую руку, показывая мне крошечную ранку. — Я просто смотрел в оптический прицел. Я не собирался его брать.

— Лучше не позволяй Андреасу услышать, как ты лжешь, иначе он снова помоет тебе рот с мылом.

Кос хмыкнул и пнул стену корабля. Он подождал, пока не решил, что я не смотрю, и только потом оглянулся через плечо, чтобы убедиться, что Андреаса нет поблизости и он не услышит.

Не воровать. Не лгать. Не сбегать.

Андреас дал Косу три простых правила. И, как и большинство детей, Кос испытывал границы этих возможностей.

С каждым заходом солнца он все больше и больше напоминал мне Грасиэллу. Вместе они были бы ужасны. Я почти пожалела, что ее здесь нет, чтобы я могла увидеть, какие неприятности они могут доставить.

Я съела четыре дольки апельсина, а остальное передала Косу, чтобы тот доел.

Он выхватил его так же, как и большую часть своей еды. Этот мальчик стал лучше питаться и высыпаться. Его тело начало соответствовать одежде, а щеки больше не были впалыми.

— Что? — спросил он, вытирая капельки апельсинового сока с подбородка.

— Ничего.

— Вы слишком часто на меня смотрите, — пробормотал он.

— Я могла бы сказать то же самое о тебе. — Я похлопала его по носу. — Ты так и не набрался смелости спросить меня о моих глазах?

Кос покраснел и отвел взгляд.