— Только не тогда, когда братство дает клятву. Мы связаны магией. — Он снова закрыл глаза. — Ты должна задавать мне правильные вопросы. Только так я смогу ответить. Я сам не могу произнести эти слова.

Правильные вопросы.

Мое сердце бешено заколотилось. Я открыла серую книгу, яростно перелистывая страницы.

— Если маги проиграли битву со Старлингами, с ними же что-то произошло. Их бы посадили в тюрьму или… казнили?

Хейн вздохнул.

— Востеры отправляют наших людей в море, когда они умирают.

— Значит, магов отправили в море?

Он нахмурился.

Неправильный вопрос.

— Что вы делаете со своими мертвецами? — спросил он.

— Мы сжигаем их на погребальных кострах, а пепел помещаем в стеклянные урны. Мы храним их в храмах. — О. — Маги были сожжены, а их останки запечатаны.

Плечи Хейна расслабились.

Правильный вопрос.

Я уставилась на деревянные детали на своем столе, позволяя своим мыслям блуждать.

— Но если маги потерпели поражение, почему Старлинги покинули Каландру? Как этот континент стал проклятым?

Он молчал.

Так чтобы я могла сама ответить на свой собственный вопрос.

— Магия осталась. Сами маги были уничтожены, а магия — нет. Она сохранилась и стала частью Каландры. В этом причина неправильности континента.

И эта магия, должно быть, стала причиной того, что изменилось мое собственное тело. Вот почему моя кровь стала зеленой.

Магия была ядом для Старлинга. И для стрижа.

— Судя по тому, что я читал, это произошло не сразу. Какое-то время царил мир. — Каждое слово он произносил сквозь стиснутые зубы, как будто проверял пределы своей связи.

— Об этом есть книги?

— Больше нет, — пробормотал он.

Востеры уничтожили те книги? Или люди, которые поклонялись Демону?

— Ладно. — Я потерла виски. — Значит, магия просочилась из их сфер. И, распространяясь, подобно дереву, пускающему корни, она прокляла землю и прогнала Старлингов.

В Нелфинекс.

— Когда? Это, должно быть, было бесчисленное количество лет назад. Задолго до миграций или Востеров. Это было…

Начало. Происхождение.

История о том, как Старлинги попали в Нелфинекс. Начало династии моей семьи в Кенне.

Много лет назад.

Божество. Хорошо, что я сидела.

— Если Шестеро были побеждены, то почему их теперь почитают как богов? — Почему Соннет поменял ролями добро и зло?

— То, что они были мертвы, не означает, что Шестеро были забыты. Без света, уравновешивающего тьму, мы становимся детьми ночи.

Должно быть, со временем нюансы этой истории приобрели новую форму. Правда была забыта. Ею манипулировали. Если мои предки стали монстрами, попавшими в ловушку в виде зверей, было бы логично, что люди отвернулись бы от них.

— Поэтому, чтобы спасти себя и народ Каландры, они уплыли. Они покинули эти берега.

И маги были замучены, пока их не стали называть богами.

В некотором смысле, это означало, что мифы были правдой.

Шестеро создали монстров.

Бэарвульфы. Фенеки. Каверины. Аллигаски. Гриззуры. Таркины.

Но не стрижи.

Их мои предки нашли в Нелфинексе. И сотни лет назад, доставив Хейна и его братьев на эту землю, один из них вернулся домой только для того, чтобы оставить след, по которому другие могли бы мигрировать.

— Почему Старлинги не уничтожили сферы, если они боялись, что магия все еще жива?

— Этого я не знаю, — сказал Хейн.

Может быть, они просто не знали, как это сделать.

— Если сферы будут уничтожены, пропадет ли магия?

Спасу ли я Зендру?

Хейн не ответил — не мог ответить. Он просто уставился на меня.

Этого было достаточно для подтверждения.

Все это время я читала книги, искала подсказки, задавалась вопросом об истории Каландры. И все это время это было связано с моей собственной историей.

Мое сердце бешено колотилось. Появилась надежда. Милостью Божества.

Сможем ли мы избавиться от магии? Если начнется миграция, а проклятие исчезнет, тогда все на этом континенте увидят стрижей такими, какие они есть.

Я выпрямилась.

— Где находятся сферы?

Он покачал головой.

Мой разум начал кружиться так быстро, что я не могла уследить за ходом мыслей. Если мы не сможем найти их, то не сможем спасти Зендру. Не вылечим Каландру.

— Если Старлинги выбрали место, может ли Старлинг их найти?

— Это возможно.

— И именно поэтому вы здесь, не так ли? Потому что я единственный Старлинг на Каландре. Вы искали их. Вы пытались их найти. И не смогли. — Есть еще Зендра, но от нее было мало толку. — Предположим, что я нашла сферы и способ уничтожить их. Это в корне изменит Каландру, не так ли? У Востеров больше не будет магии. Зачем вам это?

Хейн посмотрел на свои руки и пустые ладони.

— Я не могу вспомнить лица своих дочерей. Я забыл, каково это — любить. Горевать. Жить. Свет и тьма. Добро и зло. Мой народ по ту сторону Мариксмора страдает, да?