В любом случае, даже избавившись от артефакта подчинения, не стоит обращаться к Дарвеллу за помощью. Репутация семьи для многих чистокровных драконов превыше всего, даже правосудия. И вряд ли Дарвелл захочет из-за меня ссориться с Аурелис.

— Конечно, мне нравится ваш подарок! Золото, линзы из магического кристалла. Красота! — Я осматриваю рефрактор со всех сторон, пытаясь сосредоточиться.

Мне уже не раз пришлось использовать магию Фрейи, пока я готовила дом к свадьбе. Это легко. То есть было легко… до появления Дарвелла, чьё присутствие смущает меня и превращает связные мысли в путаницу.

Не могу понять, отчего я так реагирую на него. Именно я. Феодора. Женщина, попавшая сюда из другого мира.

Фрейя была настолько погружена в свою болезненную зависимость от Гельдрика, что вряд ли заинтересовалась бы огненным драконом…

— Могу я попросить вас отойти? — вырывается у меня вслух. — Я должна сфокусировать внимание на вашем подарке, а вы, простите, нависаете надо мной и…

Дарвелл хмыкает, отступая назад.

— Как вам угодно, Фрейя.

Он изучает взглядом передвижные лестницы и стеллажи с книгами, а мне, наконец, удаётся поймать тонкую нить магии, которая обволакивает рефрактор. Я закрываю глаза, начинаю добавлять к этой нити вторую и третью, сплетая их друг с другом. Нитей появляется всё больше и больше. В итоге рефрактор полностью заключён в магический кокон, и, распахнув веки, я торжествующе восклицаю:

— Готово!

— Уже? — Дарвелл возвращается, проверяет рефрактор и, протянув руку к окну, нетерпеливым жестом отдёргивает шторы. — Сразу и посмотрим, не возражаете?

Не возражаю. Мне и самой любопытно, чем местная луна отличается от той, которую я видела с Земли, будучи в своём настоящем теле.

М-да… Если б не смертельная болезнь, я ведь и не попала бы в Штельвезен. Ведь таинственный женский голос предлагал мне выбор: «Хочешь — соглашаешься на моё предложение, хочешь — нет, но тогда тебя ждёт медленная и мучительная смерть. Сама знаешь». А когда я спросила, чем буду расплачиваться за второй шанс, женщина усмехнулась: «Потом узнаешь, Феодора. Потом».

— Не желаете взглянуть первой? — перебивает мои воспоминания Дарвелл. Честно сказать, голос у него такой же приятный и завораживающий, как и внешность. А когда огненный дракон пододвигает ближе рефрактор вместе с подставкой, мы соприкасаемся руками, и между нами пробегают искры.

Невольно вспыхнув, я хватаюсь за рефрактор, как за спасение… от чего? От обаяния Дарвелла, подземные духи бы его побрали?

Да! Именно так.

— Горы, долины, кратеры, — бормочу я. — Да ничем она не отличается, ваша Монна, от нашей Луны.

— Ничем не отличается от чего? — любезно переспрашивает Дарвелл, и меня вдруг окатывает ледяным страхом, как недавно на балконе.

Что, если в Штельвезене узнают, кто я на самом деле? Насколько мне известно, к существам из других миров горожане зачастую относятся плохо. Решат ещё, что я — зловредное магическое создание, захватившее тело Фрейи и убившее его хозяйку, и всё. Конец.

— О, просто вспомнила, как в школьные годы мы с подружками придумывали прозвища для звёзд и планет, — небрежно пожимаю плечами, отступая назад. — Луна — это другое название для Монны, а Солнце — для Соулин. Теперь никто этих детских шуток и не вспомнит, а жаль!

— Вы больше не будете смотреть? Вам неинтересно?

— Мне всё интересно, — смотрю на него ясным взором, поправляя причёску. — Но давайте вернёмся. Танцы, наверное, закончились. Спасибо вам за подарок, — протягиваю руку, и почти одновременно Дарвелл делает то же самое. Наши руки опять сталкиваются…

…и я тонко вскрикиваю.

— Простите! Простите, это моя дурацкая шпилька, она выпала из волос, я машинально сжала её и… Подождите, одну минуту, — судорожно выхватив из кармана носовой платочек, промокаю им кровь на пальце Дарвелла. И так несколько раз. От неожиданности он замирает, а потом мягко отодвигает мою руку:

— Успокойтесь, Фрейя, это всего лишь царапина.

— Кровь, — глухо бормочу я, стискивая в кулаке вымазанный красным платок. — Это не «всего лишь царапина», отнюдь.

Дарвелл тревожно смотрит на меня, явно опасаясь, что я упаду в обморок.

— Не знал, что вы боитесь вида крови, достойная Фрейя. Встречался с таковым среди людей, но не среди драконов и хаалтиров. Разрешите, я провожу вас до спальни или позову кого-нибудь? Вы так побледнели.

— Нет, нет, — усилием воли я беру себя в руки. Нельзя так волноваться, а то сердце из груди выскочит. — Вернёмся к гостям. Я могу понадобиться вашей достойной сестре как помощница. И со мной всё прекрасно, уверяю вас, Дарвелл!

Его беспокойство сменяется задумчивостью. Целую вечность Дарвелл смотрит на меня, прежде чем отозваться:

— Вы — загадка, Фрейя. И я бы дорого дал за то, чтобы её отгадать!

Глава 14

Глубокой ночью я вскакиваю, словно меня толкнули в бок.