– Но есть ещё и козырь в рукаве. У Александра Васильевича в городе свои люди имеются. Пьемонтцы из ихней национальной гвардии французским постоем уже по горло сыты – обещали к рассвету у ворот заваруху устроить да засовы скинуть, с тамошним караульным капитаном от пьемонтцев всё обговорено. Так что нам главное – не оплошать и, когда створки распахнутся, вовнутрь шементом заскочить. Как ворвёмся мы сразу на стены по всходам, и дружно «ура!», небось, не удержатся ироды. Нам бы главное, я повторюсь, перед тем как в ворота соваться, всех канониров от пушек отогнать да стрелкам вражьим прицелиться не дать.

Егоров вгляделся в густую темень, словно уже прикидывая дистанцию для своих егерей.

– Сделаем, Григорий Михайлович. Раз есть кому ворота открыть – тем более медлить нельзя. Мои левее пройдут – там, конная разведка донесла, ложбина глубокая есть, до самых рвов по ней скрытно просочимся и к рассвету позиции займем. Как только первая труба подаст сигнал – бастионы ослепнут, обещаю. С канонирами и стрелками мы разберемся, а там уж твоя очередь, не мешкай. Ещё и сотни три отборных егерей тебя поддержат, вот им и сподручней будет по всходам забегать.

– За мной не заржавеет, не замешкаем, – уверенно заявил казак. – А про три сотни на стены это верно, твоим там сподручней будет. Тогда мы по улицам рассыплемся и бегущих сечь будем. Ну, с богом, Ляксей Петрович. До встречи за воротами.

Вскочив на коня, Поздеев с десятком верховых ускакал в ночь.

– Никита! Федот! – подозвал вестовых Егоров. – Живо всех ротных и старших офицеров сюда! Андрей Владимирович, – он обернулся к стоящему рядом Воронцову, – сколько у моста сейчас людей?

– Весь полуэскадрон Лучинского, – четко ответил капитан. – Шесть десятков, ваше превосходительство. Прикажете отозвать, чтобы казаков поддержать?

– Напротив, усиливать их будем, – сказал Алексей. – Туринский мост здесь один, если Моро и прознал про маневр Суворова к этой крепости – ему только по этой дороге и по мосту перекидывать сюда войска. До Асти, где стоит дивизия Виктора, всего-то шесть десятков вёрст по хорошему тракту. Не удивлюсь, если французы уже на марше, так что тут кто кого опередит – мы в Турин первыми заскочим или они.

Егоров поправил перевязь и жестко взглянул на капитана:

– В общем, так, Андрей Владимирович. Сосредоточивай весь свой эскадрон у моста. В усиление дам тебе две стрелковые роты и всех пионеров с поручиком Вьюговым. Их задача – костью в горле встать, но прорыва неприятеля к крепости не допустить. Как только роты займут своё место у моста, выдвигайся дозором за реку. Французов увидите – сразу отскакивайте назад и вставайте в оборону у моста. Держитесь, мы должны быть уверены, что тыл у нас надежно прикрыт.

– Есть держаться! – Воронцов козырнул и поспешил к коням.

Вскоре около генерала собрались ротные и штабные офицеры. Не хватало лишь командира дозорной роты и главного оружейника, но вот из темноты вынырнули и они.

– Господа, диспозиция предстоящего боя такова, – оглядев собравшихся, произнёс генерал. – Атака начнётся на рассвете по сигналу трубы. К этому времени наша цепь уже должна держать на мушке верх стены. В открывшиеся ворота понесётся казачий полк генерал-майора Поздеева, следом за ним дозорная рота капитана Осокина и первые роты из батальонов: капитанов Максимова и Бегова. Роты Тарасова и Вестфаллена вместе с пионерами поручика Вьюгова переходят к мосту и удерживают его, не допуская прорыва французов нам в тыл. Господин поручик, у вас, я знаю, есть во вьюках кое-какие «особые» изделия? – Он посмотрел на старшего полкового оружейника. – Разрешаю использовать их по своему усмотрению. Только уж не сильно увлекайся, Семён Иванович, весь мост не разнеси.

– Слушаюсь, ваше превосходительство, – козырнул Семён, – сделаем в лучшем виде. Ежели прижмет, положу заряды точно между опор – полотно обрушим, а быки целы останутся. Свои потом враз починят, а чужим хода не будет.

– Добро, – кивнул Егоров. – Для всех остальных, кто не к мосту и воротам: ваше дело заставить молчать пушки и ружья на стенах. Как только на них поднимутся с внутренних ходов штурмующие, роты огневой поддержки оставляют свои позиции и спешат на подмогу в город. Еще раз напоминаю: до сигнала – ни звука, ни огонька. Всё, по местам, господа! С богом!

Полк бесшумно втянулся в ложбину. Егеря, миновав ее, укладывались прямо на жесткую, остывшую за ночь землю, стараясь не бряцать оружием о камни.

– А ежели не откроют ворота, а мы к ним выбежим? – негромко произнёс Филимон. – Сверху ведь как на ладони будем у французов. Чего бы им картечью или пулей всех не перестрелять? Ох и рискованное дело Ляксей Иваныч затеял, ох рискованное.

– Хватит уже причитать, Филька, – вполголоса оборвал его Южаков, не отрывая взгляда от темной громады бастиона. – Ежели такой умный, так иди и присоветуй генералу, как надо. Сказано – пушкарей со стен сбить, значит, собьем. Помалкивай уж, порох лучше в замке проверь, «командир» выискался.