Помощница та как на Софу взглянет - так облизывается. Губы у неё ярко-красные, раздутые, кожа натянута так, словно вот-вот лопнет. И глаза странные, и ноги вроде птичьих. Да только большие, сморщенные, когтистые. Ходит босиком, постукивает по полу – цок да цок, цок да цок...

Взрослые не замечают, но Софа знает, что нехорошее случилось с бабой той.

Знает, что это удЕльница, сорокой в дом пробравшаяся, вселилась в неё и собирается теперь всех извести.

Но говорить про это боязно.

Да и надо ли?

Вдруг накажут, или больной сочтут, в кровати лежать заставят, примутся доктора звать...

Трещит огонь в печи. Плавятся полешки. Тепло. Сонно.

Выстрелил уголёк, раз, другой – то домовой сердится, что засиделись за разговорами.

Спать пора.

Портрет осени

Выезд на плэнер Ирина наметила на конец октября. Собиралась она туда за вдохновением. Петр Иваныч, обучающий студентов её курса технике рисования, поставил перед ними непростую задачу – создать художественный образ осени, нарисовав её портрет. Следовало представить своё, особое видение осени, воплощённое в женском образе. Иркины однокурсники с энтузиазмом откликнулись на задание. Многие из них довольно быстро представили на суд преподавателя работы, из которых можно было составить целую галерею портретов рыжеволосых красавиц на любой вкус. Ребята с удовольствием знакомились с рисунками конкурентов, обсуждали моделей и даже затеяли спор – у кого из них получилась самая красивая осень. На Ирину же творческие экзерсисы сокурсников не произвели никакого впечатления. Она скептически рассматривала портреты изображённых в заученных позах разноплановых героинь. И озорные цветущие толстушки, и сумрачные и надменные стройные красавицы, и улыбчивые анимешные тинейджерки- все они казались Ирке ненастоящими, шаблонными, фальшивыми.

- Искренности в них нет, одна манерность, сплошной обман! – сетовала Ирка в разговоре со своей подругой Светланой. – Типичные современные выскочки! Нет, моя осень будет совсем, совсем другой.

- Ну и где она, твоя осень? – ехидничала в ответ Светка. – Всё никак не наступит? Смотри, дотянешь до последнего – любой модели рада будешь!

Ирина только досадливо морщилась, признавая правоту подруги. Нарисовать портрет осени для неё оказалось неожиданно трудно. Уже почти месяц она тщетно искала подходящую модель, а всё потому, что образ осени ускользал от неё, не хотел складываться в единую картинку.

- Ты только время зря теряешь, включи фантазию и ваяй! – продолжала советовать Светлана. – А ещё лучше сделай как я. Посмотри, какая красотка у меня получилась!

Обычно Светка срисовывала своих героинь с фотографий заморских актрис, щедро сдабривая их необходимыми для антуража деталями. Вот и теперь, на Ирку взирала странно знакомая, невероятная в своей роковой красоте дама, оснащённая всеми положенными атрибутами – меховым манто, сигареткой в длинном мундштуке, зазывным взглядом и дорогим авто на заднем плане.

- А автомобиль ей зачем? – озадаченно поинтересовалась Ирина.

- Надо же ей на чём-то передвигаться. Из дальних стран в наши пенаты путь неблизкий, - хихикнула Светка. Она откровенно любовалась своим творением:

- Ну, разве не хороша? Настоящая роковая женщина!

- Светка, а почему все решили, что женщина-осень должна быть красавицей? У неё могут быть самые обычные черты лица.

- Это как же обычные? – разочарованно протянула подруга. – И какие же тогда?

- Пока не знаю. Я ещё не могу их представить. Для меня важно передать взгляд Осени, его посыл, понимаешь? Каким он должен быть, что он таит? Если я не разгадаю эту загадку, то и картину не смогу написать.

Светка фыркала, крутила пальцем у виска:

-Ну, какой такой особый взгляд? Как всякая нормальная женщина, Осень должна быть кокетлива и непредсказуема. Только и всего. Нет, ты точно блажная, Ирка. Иваныч тебе неуд влепит и будет прав.

- Не влепит, время у меня ещё есть.

Но время уходило, как и теплые осенние дни, неумолимо приближая срок окончательной сдачи работы. И тогда Ирина решила, что за город съездить всё же придётся. Отдохнёт, побродит по осеннему лесу, может быть обретёт вдохновение.

- Не понимаю я твоего пристрастия к поездкам «в никуда», - бубнила Светка, помогая собирать в дорогу рюкзачок подруги.

- Я бы назвала их иначе, «исследовательские вылазки» - отшучивалась Ирка, выкладывая обратно объемный пакет с бутербродами. – Светка, ну зачем мне бутерброды? Недалеко ведь еду, ближе к вечеру вернусь. А захочу есть – у местных что-нибудь куплю.

- Ну и упрямая ты, Ирка! Будь осторожна с местными. Жаль, что ты свой оберег потеряла, с ним было бы спокойнее.

- Не напоминай, до сих пор о нём жалею. Привыкла, что он всегда со мной.