— Что? Я думал, ты богат, раз подарил Джейни такое шикарное помолвочное кольцо и всё такое. — Ноа выплюнул несколько крошек от картошки фри.

— Он владеет домом. И несколькими другими, — сказала я, запивая последний наггетс водой.

— Сколькими другими? — скептически спросил Ноа.

— Семью. Хотя я, наверное, продам два или три из них. Если честно, управлять ими всеми становится немного хлопотно. Мне хватает жилых комплексов, о которых нужно заботиться. Кстати об этом, у меня, наверное, есть свободная квартира, которую ты можешь снять, если захочешь остаться, — ответил Гриффин Ноа и небрежно приподнял бровь, когда у моего брата отвисла челюсть.

— Восемь домов в общей сложности? И это становится хлопотно? Какого хрена? — ахнул Ноа, и я захихикала, отчего мне стало больно.

— Ой, — пробормотала я, сморщившись, и они оба обеспокоенно вскинули головы. Я махнула на них рукой. — Я в порядке.

Гриффин посмотрел на меня с минуту, прежде чем заговорить снова.

— Переезжай ко мне, — прямо заявил он. Мое сердце должно было бы подпрыгнуть от радости, я должна была бы прийти в восторг от этого предложения, но оно разрывало меня пополам. Я никогда откровенно не шла против воли родителей, а сказать «да» означало бы именно это.

Я смотрела на него, пока он продолжал жевать, а затем нахмурил брови.

— Ты не хочешь, — пробормотал он.

Мои плечи поникли.

— Всё не так просто, Гриффин, — тихо сказала я.

Он посмотрел на меня; его лицо исказилось от замешательства и боли.

— Какого хрена это может быть не просто?

Я вздохнула.

— Послушай, мой папа только что умер, и если моя мама переедет обратно в Вашингтон, она останется одна. К тому же, я не хочу, чтобы ты предлагал мне переехать только потому, что тебя вынуждает ситуация. Моя лучшая подруга тоже там, и школа, где я раньше преподавала, взяла бы меня обратно. И весь этот переезд...

Гриффин встал, перебивая меня; его лицо было напряжено, но голос оставался спокойным.

— И это та жизнь, которую ты хочешь? Твоя старая работа? Твоя лучшая подруга снова рядом?

— Гриффин, — позвала я, слегка закашлявшись, когда он покачал головой.

— Что ж, дай мне знать, когда разберешься со своим дерьмом. Если это та жизнь, которую ты хочешь, тогда уезжай. Если нет, позвони мне, потому что я буду ждать здесь, — проворчал он и направился к двери. Я не могла обернуться, чувствуя, как мое сердце разбивается вдребезги. Он не слушал. Снова.

— Гриффин! — крикнула я. — Дело не в этом! — Я снова закашлялась, когда его шаги замерли.

— А в чем тогда? Это ты сказала, что всё происходит слишком быстро. — Он звучал таким холодным, таким бесчувственным, когда в его голосе проскользнул намек на боль.

— Ты не слушаешь, — хрипло выкрикнула я и подалась вперед, пытаясь встать с кровати. Мое тело рухнуло на пол, ноги всё еще были слишком слабыми.

— Джейн! — крикнул Ноа, и прежде чем я успела сообразить, что происходит, четыре руки осторожно подняли меня обратно на кровать.

— О чем ты, черт возьми, думала? — спросил Гриффин, его брови сурово сошлись на переносице. Ноа отступил в сторону, качая головой.

— Я думала о том, что ты меня не слушаешь. Ты снова уходил. — Я пару раз кашлянула и поморщилась, откидываясь на бок.

— Я не уходил в прошлый раз, умница. Я был в командировке, — тихо произнес он; в его голосе всё еще слышалась боль.

— Ты ушел. Я осталась совсем одна. Запутавшаяся. С разбитым сердцем. Злая как черт, — заявила я, глядя в его ореховые глаза. Его грудь тяжело вздымалась; он опустился на колени, чтобы оказаться со мной на одном уровне. — И теперь ты снова уходишь, и не хочешь слушать, что я говорю.

Он смотрел на меня; его лицо превратилось в стоическую маску, которую я не видела уже несколько месяцев.

— Гриффин, мой отец умер. Девять месяцев назад мой мир перевернулся с ног на голову. Мне пришлось оставить всё, что я знала, и я оказалась в эпицентре урагана, который всё еще пытаюсь осознать. Ты не можешь винить мою маму за то, что она считает возвращение к нашей старой жизни лучшим выходом. В тот мир, где был жив ее муж, а у дочери была работа. Где ее семья была целой. — Я сделала паузу; желваки Гриффина заходили, но взгляд смягчился. Протянув дрожащую руку, я коснулась его щеки. — В какой-то момент я тоже ждала именно этого. Подтверждения того, что картель нейтрализован и я могу вернуться к своей жизни. Но где-то на этом пути это место стало моей жизнью. Ты стал ею. Но я не хочу, чтобы ты просил меня сделать еще один серьезный шаг только потому, что тебя вынуждают обстоятельства.

Уголки губ Гриффина дрогнули в улыбке.

— Когда ты вообще видела, чтобы меня заставляли что-то делать?

Я обвиняюще вскинула бровь.

— Ладно, тупой вопрос, потому что ты права. Но технически никто не заставлял меня делать ничего из этого. Я просто хотел позаботиться о маме, — пробормотал он.