Теперь Нильсен вслед за братом ушёл в смерть. Стоило ли оно того? Ещё одна человеческая жизнь легла мне на совесть. Я подумал о зоне Ван-Хансена. Там, внизу, теперь появится четвёртый лик на стене.

Я попытался сжать пальцы правой руки в кулак, но они казались мёртвыми и пустыми — как моя душа.

Когда завтра причалит корабль, капитан Андерсон найдёт здесь жалкие остатки обезумевшей команды. Старый Йертсен, Лииса, Марит и я — вот все выжившие на этой некогда большой исследовательской станции.

Печальный итог. Но всё ещё не было кончено. Из головы не шло неописуемое существо, которое я видел в шахте.

Йертсен, сухой как скелет, прислонился к дверному косяку и сунул в беззубый рот самокрутку. Лииса поднялась, подобрала с пола стакан и поставила его на комод рядом с кувшином воды. Потом положила мне руку на плечо.

— Спи. Тебе надо поправляться. Завтра будет тяжёлый день.

Но о сне не могло быть и речи. Йертсен, должно быть, прочёл это по моему взгляду, потому что посмотрел на меня пристально, почти сурово.

— Вы сказали, нам нужно закрыть шахту?

— Забаррикадировать отверстие досками…

— Заколотить?

Я смотрел на тлеющий кончик его сигареты. И тут мне пришла в голову мысль получше.

— Где динамит?

— Какой динамит? — спросила Лииса.

Я вспомнил слова Хансена.

— Тот, который Прем сбросил в шахту.

— Лииса ничего не знает об этом эксперименте. — Йертсен вынул сигарету изо рта. — Она попала на остров уже после.

— У нас на станции есть динамит? — вырвалось у неё.

Йертсен сплюнул табак на пол.

— Шашки лежат в мастерской.

Я сел окончательно.

— У нас мало времени. Йертсен, принесите шашки. Мы заминируем вход в шахту всем, что найдём, и протянем фитиль, который будет гореть не меньше пяти минут. Потом соберём самое необходимое. На рассвете подожжём динамит и покинем станцию. Нужно как можно надёжнее перекрыть выход из шахты.

— Перекрыть? — переспросила Марит. — И как мы это сделаем?

— Взорвём скальные стены. Обломки заклинятся и завалят проход.

Она с ужасом посмотрела на меня.

— Но зачем?

— Простая предосторожность, — солгал я.

— А потом? — спросила она.

— В бухте, рядом с пристанью, стоит хижина. Там мы дождёмся корабля капитана Андерсона.

— К чему такая спешка? — Йертсен и остальные вопросительно смотрели на меня.

Они имели право знать правду.

— Когда я был внизу, я кое-что видел. И не хочу, чтобы оно выбралось наверх.

Больше я говорить не стал: иначе они начали бы сомневаться в моём рассудке.

— Теневые волны? — спросил Йертсен.

— Не знаю.

Чтобы пресечь дальнейшие расспросы, я ещё раз перечислил всё, что необходимо сделать до рассвета. Потом выпроводил Йертсена и Лиису из каюты.

Осталась только Марит.

— Что ты там видел? — спросила она, едва мы оказались одни.

Не было смысла её обманывать. Она давно знала, что в шахте таится нечто опасное.

— Фигуру.

Я плотно сжал губы.

Она кивнула, словно ожидала именно такого ответа.

— Прем тоже что-то там видел. Нам надо торопиться.

И она вышла из каюты.

Все новые книжки тут: Торрент-трекер и форум «NoNaMe Club»

ГЛАВА 59

Одевшись, я вышел в коридор. К тому времени плотная гряда облаков закрыла полуночное солнце. На станции стало темно, как в глухую ночь. Дизельного топлива для генератора у нас больше не осталось, электричества — тоже. Лампы сделались такими же бесполезными, как печь без дров.

Правда, в коридоре горело несколько керосиновых фонарей — должно быть, их зажгли Лииса и Йертсен, — и станция превратилась в зловещее пространство, где повсюду дрожали неверные огоньки.

Рёбра ныли, но я, насколько мог, поспешил в кладовую. Я уложил в рюкзак еды на несколько дней — на случай, если «Скагеррак» задержится и нам придётся просидеть в хижине у причала дольше, чем мы рассчитывали.

Вскоре боковые карманы уже трещали от сгущённого молока, мясного экстракта, сушёных яблок, морских сухарей, копчёной сельди и нескольких банок кукурузы. Между последними консервами я втиснул ещё и свои дневники.

Раз уж я собирался покинуть станцию на нартах, запряжённых хаски, нельзя было забыть и собачьи галеты. Я уже тащил рюкзак к входной двери, когда снаружи раздался отчаянный крик Йертсена.

— Бергер! Ради бога, Бергер!

Я схватил куртку и выбежал наружу. К счастью, мороз был всего в несколько градусов. Ветра не было, и над станцией лежала странная темнота. Дверь мастерской стояла открытой. В окне примыкавшего к ней собачьего загона мерцал свет керосиновой лампы.

Я бросился к псарне. Оттуда через глубокий снег уходили следы; рядом тянулась цепочка кровавых пятен. Маленькие тёмно-красные капли на белом.

Дверь была неплотно прикрыта. Внутри стоял Йертсен, обе руки у него были полны динамитных шашек; рядом — Лииса с лампой. По её щекам текли слёзы.