— Алло? — нерешительно позвала она.

Вдруг это спасатели? Вдруг её уже ищут?

Ответом стал новый глухой удар и утробное рычание, вырвавшееся откуда-то из глубины глотки. Следом послышался жуткий хрип… а потом по металлу скользнул резкий скрежет, очень похожий на звук когтей.

Отлично сработано. Теперь тварь знает, что ты здесь.

Хотя она и так знала. Либо увидела полоску света под дверью, либо учуяла страх Неле. К тому же это была единственная комната, куда она ещё не добралась.

Тебе надо выбираться.

В панике Неле огляделась. Другой вариант — драться. Но из оружия у неё оставались только сковородка с кухни, всё ещё лежавшая на битом стекле, сами осколки да хлебный нож в рюкзаке.

Бой будет коротким. Так что лучше беги. В крайнем случае спрячешься в проекционной.

Правда, Неле понятия не имела, чем забаррикадировать спуск. Она вдруг вздрогнула. А может, баррикада и не понадобится.

Световой колодец!

Сердце тут же забилось чаще — тревожно, гулко. Пока шум за дверью нарастал, Неле сложила вещи в рюкзак и по лестнице спустилась вниз.

Ей снова понадобилось несколько секунд, чтобы глаза привыкли к темноте. Осторожно, на ощупь, она пробралась мимо стульев к занавесу и отдёрнула его.

Оконная ручка промёрзла, но после резкого рывка всё же провернулась. Окно тоже поддалось. Неле пришлось лишь помочь себе хлебным ножом: резиновый уплотнитель треснул, и створка открылась. Окно находилось примерно на уровне глаз и было как раз достаточно широким, чтобы в него можно было протиснуться.

Неле сунула нож в боковой карман брюк, поставила под окно два стула и забралась на них. Отсюда она сможет подтянуться на раме, влезть в световой колодец и втиснуться внутрь.

Перед этим она вытащила ремень из термоштанов и привязала рюкзак к правой щиколотке. Куда бы ни вёл этот колодец, поклажу она потащит за собой.

Куртка-парка стесняла движения, но из-за холода снять её Неле не могла. С трудом она подтянулась и влезла в колодец. В раненом плече тут же вспыхнула жгучая боль.

Чёрт!

Она стиснула зубы, заставила себя не думать о боли, подтянулась выше и присела. Стены были бетонные, ледяные. Пахло снегом. И теснота давила со всех сторон.

Неле запрокинула голову настолько, насколько позволял узкий проём. Над ней уходил вверх колодец высотой около полутора метров, похожий на дымоход.

А что после этих полутора метров?

Наверху едва мерцал свет, и стоило Неле пошевелиться, как сверху посыпалась крошка. Снег. Видимо, отверстие закрывал плотный наст. Значит, оставалось только прокопаться наружу.

Если найдёшь ботинками опору на стенах. И если сверху путь не перекрывает металлическая решётка.

Её мысли состояли из одних «если» и «но».

Или просто спрячься в этом колодце, задёрни занавес и попробуй закрыть окно снаружи.

Гениальный план. А дальше? Дальше эта тварь вытащит тебя наружу.

Из музея донёсся громкий треск, за ним — металлический визг и хруст ломающегося дерева. Неле поняла: дверь долго не продержится.

Ладно, с дальнейшими действиями ясно. Лезь вверх и попытайся выбраться.

Она подтянула рюкзак за ремень к себе в колодец, затем упёрлась в стены плечами, ладонями и ногами, как паук. Было слишком тесно, зато бетон уже крошился, а трекинговые ботинки хорошо цеплялись за шероховатую поверхность.

Неле старалась почти не нагружать раненое плечо и переносила вес на другую сторону.

Ты справишься.

Медленно, мучительно, короткими движениями она стала подниматься. Через минуту одолела полметра, но тут возникла новая проблема: от напряжения задрожали бёдра и мышцы живота.

Годами ходишь в зал, качаешь пресс, ноги и ягодицы до одури — и не можешь даже минуту продержаться в каком-то колодце!

Она вцепилась пальцами в трещину в бетоне и потянулась выше. Куски кладки отламывались, сыпались вниз, катились между её ног. Рюкзак мотался из стороны в сторону и тянул за щиколотку, будто весил целую тонну.

Без него и без толстой парки всё было бы намного легче.

Пот стекал по лбу. Неле задыхалась, мышцы живота дёргались всё сильнее; вскоре запылали плечи и руки выше локтей. Но наконец она добралась до снежного наста.

Она крепко упёрлась ногами в противоположную стену и на несколько секунд перевела дух.

Потом, боясь неверного движения, очень медленно потянулась к боковому карману за ножом. Когда рукоять легла в ладонь, Неле ударила лезвием в лёд над головой.

Лёд поддавался довольно легко. Нужно было только не вырезать слишком большой кусок: он мог сорваться вместе с остальной массой и увлечь её вниз.

Она с трудом прокладывала в снегу вертикальный тоннель, а куски, падавшие на колени, сталкивала вниз, сбоку от себя. Неле висела там, как паук, и чувствовала, как рюкзак с каждой секундой становится тяжелее.