Да, я свою дочь легко узнаю по запаху, но это я ее родила. Уверена, так любая мать узнает своего ребенка без всякой повышенной ольфакторной чувствительности.

Стефания просто растет, ей нужен отец. Она была привязана к своему деду, а он так жестко разорвал с нами все отношения. Но это не значит, что я теперь должна подарить ее Мирону.

Подлетаю к ним, с трудом подавляю желание вырвать дочь из его рук. В первую очередь боюсь напугать ребенка и еще не хочу привлекать к нам лишнее внимание.

Мы за стеклом как на ладони. И эта вся красота создана не только чтобы пускать пыль в глаза.

Наверняка за густой зеленью скрыты уединенные зоны с мягкими диванами и низкими столиками. Даже в нашей провинциальной компании было что-то подобное. Там директора принимали гостей, проводили закрытые встречи и обсуждали важные контракты.

— Господин Гаевский, спасибо, что развлекли мою дочь, — стараюсь, чтобы мой голос не дрожал. — Стефания, иди ко мне.

— Мы игʼали, — объясняет дочка, протягивая маленькие ручки. — Я тʼогала истики.

— Тебе понравились листики, — даю понять, что я ее понимаю.

Она действительно очень плохо разговаривает. Мама говорила, что природа таким образом компенсирует дар. Чего-то дает с избытком, что-то придерживает.

Мне природа определенно зажала простое везение и удачу даже там, где у остальных все идет как по маслу.

Я хотела просто жить со своим ребенком, устроиться на работу, снять жилье, отдать дочку в детский сад.

В итоге у нас даже нет документов и мы бомжи. Полностью зависящие от семейки странных не совсем нормальных людей. Кроме Тимура...

Забираю дочку с колотящимся сердцем. Я не знаю, что мне делать, я так сойду с ума. Мне не подходит такая работа, совсем.

На Мирона не смотрю, зато он с меня не сводит глаз.

— Так когда у тебя день рождения, Стефания? Ты обещала спросить маму. — спрашивает ее, а смотрит на меня. — Она сказала, что ей четыре года, но месяц не помнит.

— Да, мама, дядя Мион хотет подаить мне подаок, — поддакивает ему малышка.

У меня внутри все обрывается. Параллельно из глубин поднимается удушающая волна гнева.

Как ты посмел расспрашивать ребенка, мерзавец!

— Малыш, ты забыла, какое у нас правило в семье? — присаживаюсь на корточки перед дочкой, заправляю за ушко выбившиеся пряди. — Мы не принимаем подарки от чужих людей.

Поднимаю голову и указываю Мирону глазами на выход.

Стефания наклоняется ко мне и шепчет достаточно громко. Гаевскому точно слышно.

— Маматька, он зе ни тюзой. Он так пахнет...

— Мирон! — ее обрывает резкий оклик. В женском голосе слышится и удивление, и угроза.

Я вздрагиваю, оборачиваясь. Мое сердце бешено колотится, когда я вижу на дорожке сада стройную фигуру Анны.

Одновременно издаю облегченный вздох, потому что прямо за ней виднеются широкие плечи Тимура.

Глава 13

Аглая

— Мирон? — повторяет Анна нервно с вопросительной интонацией. И при этом не сводит глаз с нас со Стефанией. — Ты не собирался ехать в офис. Передумал?

Только теперь мне приходит в голову очевидная, но простая мысль.

Я не узнала в Анне бывшую любовницу бывшего мужа. Я видела ее всего один раз и то издалека, запомнила лишь то, что она была очень ухоженной и красивой. Но почему Анна не узнала меня?

Разве она не интересовалась семейным положением своего любовника? Или была не в курсе того, что он женат? Глядя на нее, верится с трудом.

А еще, зная Мирона. Он не стал бы скрывать, что женат. Или стал? Неужели я настолько в нем ошибалась?

— Вспомнил, что нужно забрать документы, — спокойно отвечает Гаевский, — зашел к Ринату, а у его секретарши полный завал. И ребенок беспризорный.

Он поворачивает голову и неожиданно подмигивает Стефании. Та в ответ расплывается в счастливой улыбке. Инстинктивно прижимаю ее к себе и оборачиваюсь на Тимура.

Ты видишь, что я не могу больше здесь находиться? Мне надо срочно отсюда уходить.

Он хмурит брови, стоя за Анной. Она высокая, но он еще выше, потому что мне хорошо видно его сосредоточенное выражение.

— А ты что, самый незанятый? — с трудом сдерживает прорывающееся наружу раздражение Анна. И переводит взгляд на меня. — Тебе не кажется, что ты вместе со своим ребенком создаешь слишком много проблем?

Внутри мгновенно вспыхивает неконтролируемая ярость, и по полыхнувшим глазам Анны понимаю, что это у нас взаимно.

Может она все-таки меня узнала? Хотя вряд ли она тогда стала бы терпеть нас в доме даже лишнюю минуту. Скорее всего, Ринат зря наговаривает на своих наследников, у его дочери прекрасная интуиция.

И у меня слова сами собой рвутся наружу.

— Правда? А ваш отец считает иначе, — слежу за тем, чтобы не выдать себя интонацией. Всего лишь в меру ехидства, не более. — Только что в разговоре он упомянул, что мой ребенок нашел проблему в продукте, которую ваши специалисты искали месяцами.