Она строит гримасу, нарочито фальшивое сочувствие:

— О, так один из хоккеистов опять обвел тебя вокруг пальца? Думала, ты уже научилась на примере Дейна. — Она моргает. — Зайди на сайт, если не веришь. «Игроки Холлиуэлла». Пароль для входа — имя того, кто сейчас на первом месте.

Замираю:

— И кто это?

Она не отвечает сразу, а я замираю от страха в ожидании имени.

— Джастин Лидс.

31

Совет тридцать первый: если все началось как сделка, не удивляйся, когда перестанешь ощущать это именно так.

Я сижу в машине, обогреватель включен на полную и борется с холодом, пробирающимся в каждый уголок.

Руки дрожат, сжимая телефон, слова Харлоу эхом отдаются в голове, словно жестокая шутка.

Открываю браузер, ввожу адрес сайта, о котором она говорила, и замираю перед формой входа.

Пальцы зависают над клавиатурой.

Глубоко, прерывисто вдыхаю и ввожу пароль «Джастин Лидс». Сайт загружается. Передо мной появляется таблица лидеров с именами и… очками. Что-то вроде чудовищной турнирной таблицы.

Наверху — имя и фото Джастина, его командный снимок служит аватаром. Прокручиваю вниз, брови невольно сводятся, когда вижу имя моего брата, а под ним — Ашера Хадсона.

На мгновение зажмуриваюсь, потом резко открываю глаза и перехожу к выпадающему меню со списком записей.

Имя Ашера сразу бросается в глаза: оно выделено жирным шрифтом, а история добавлена несколько месяцев назад после одной из командных вечеринок. Я бегу взглядом по строкам, не столько читая, сколько замечая очки, которые добавили к его счету, — их пятьдесят. Под этой записью нахожу еще одну, потом еще и еще. Каждая новая приносит ему дополнительные очки. Наконец, вижу последнюю запись, которую добавили всего несколько дней назад. В ней рассказывается, как Ашер «забил гол» в местной библиотеке, причем анонимно. В списке нет моего имени, но в описании упоминаются вещи, которые мы делали вместе, вещи, которые я ему позволила. Я задыхаюсь на вдохе, сразу выхожу с сайта и блокирую телефон.

Но вы же знаете, что говорят о любопытстве. Снова захожу на сайт, открываю строку поиска и кусаю губу так сильно, что чувствую вкус крови, пока вбиваю свое имя.

И вот оно. Айви Коллинз — выделено так же, как имя Ашера.

Вглядываюсь в запись, слова расплываются, пока я цепляюсь взглядом за каждую деталь, пока не добираюсь до имени в конце. Кто это отправил.

Дейн Чеймберс. Сто очков… за то, что лишил меня девственности.

Так вот как все узнали. Все мое достоинство размазано по чертовому сайту, чтобы все пялились.

Я не думала, что он знает. Я никогда не говорила ему, что это был мой первый раз. Просто хотела с этим покончить, а он казался… милым.

Громко усмехаюсь:

— Айви, ты просто мастер принимать решения.

Вытираю слезу, скатившуюся по щеке, и поднимаю взгляд: люди начинают покидать арену, рассаживаются по машинам и разъезжаются, а я все еще здесь.

Мимо моей машины проходит Харлоу, ее рука обвита вокруг локтя Дейна. На мгновение они смотрят в мою сторону. Губы складываются в издевательскую гримасу сочувствия. Я съеживаюсь, опускаясь ниже на сиденье.

Снова перевожу взгляд на телефон — пальцы побелели от того, как сильно я его сжимаю, — и просматриваю другие записи.

Внутри все опускается, пока я листаю страницу.

Конечно, существует такой сайт.

Конечно, мужчины ведут счет.

Мне следовало догадаться.

Большинство записей анонимны, но время от времени мне попадается имя того, кто их отправил.

Слезы застилают глаза, реальность обрушивается всей тяжестью.

Было ли все это ложью? Имело ли хоть что-то значение? Или каждый тайный поцелуй, улыбка и жест — лишь очередная галочка для подпитки его дурацкого мужского самолюбия? Я думала, Ашер не такой, как Дейн.

Все было ложью.

Швыряю телефон на пассажирское сиденье и зарываюсь лицом в ладони.

Возможно, наши с Ашером встречи еще не попали на сайт, но сомневаюсь, что ему потребуется много времени, чтобы это исправить. Взобраться еще выше в таблице лидеров — так же, как он взобрался в мою постель, в мои мысли, в чертово сердце.

Глупый орган ноет, боль царапается к горлу.

Через несколько минут я беру себя в руки настолько, чтобы поехать домой, тяжесть предательства давит на грудь.

Оказавшись на подъездной дорожке, сижу молча, собираясь с духом, чтобы поговорить с Ашером. Мне нужно услышать это от него, понять, было ли между нами хоть что-то настоящим.

Или все это было для него какой-то чертовой игрой, вызовом, который он сам себе придумал.

Сижу на подъездной дорожке всего десять минут, а потом начинают подъезжать машины, гремит музыка, и я хмурюсь. Похоже, команда выиграла, и Леон устраивает вечеринку.

В этот момент телефон вибрирует — пришло сообщение от Леона: он подтверждает это и извиняется за поздний анонс. Пишет, что заканчивает с командой на катке, а потом они приедут.