Блэкторн рубил снова и снова. Его движения были точны — движения опытного боевого алхимика, — но второй Бессмертный только уклонялся. Ни оружия. Ни ответных ударов. Лёгкий, быстрый, ускользающий так, будто это был танец, пока Блэкторн не открылся на одно короткое мгновение. А мгновения хватило.

Бессмертный шагнул сквозь его удар и голой рукой пробил доспех Блэкторна и вошёл ему в грудь так, будто просто протянул руку сквозь воду. Из груди он вытащил блестящий металлический предмет; длинные бледные пальцы были все в крови.

Блэкторн рухнул в паводковую воду и исчез в ней.

Весь бой длился меньше минуты.

В этом хаосе больше никто даже не заметил, что произошло. Хелена попыталась вдохнуть и тут же захлебнулась — воздух давило чем-то внутри груди. Она прижала руку к ране, стараясь не дать ещё большему количеству воздуха зайти в плевральную полость.

Некротраллы начали падать. Несколько аспирантов заметили нового Бессмертного и явно не поняли, что произошло. Прежде чем они успели среагировать, они уже были мертвы. Оружие мелькало так быстро, что она его почти не видела — только наблюдала, как валятся тела.

Это был Каин.

Она никогда прежде не видела, как он сражается. По-настоящему он никогда и не дрался при ней. Но это всё равно был он. Никакой ошибки быть не могло — в этой чудовищной эффективности.

Он был именно таким смертоносным, как она себе и представляла.

Она видела в нём те приёмы, которые он так старательно пытался вбить в неё, — ту плавность, которой ей всегда не хватало, ту скорость. Ни одного лишнего движения. Импульс одного убийства перетекал в следующее.

Тела падали, как звёзды.

Он шёл по воде прямо к ней. Ни шагу в сторону, ни малейшего замедления — всё, что вставало на пути, он просто срубал.

Когда на него прыгнула химера, он поднял руку, и в ту же секунду, как коснулся твари, её тело развалилось, конечности расползлись в стороны, будто он выдрал все невидимые нити, которыми она была сшита. Мгновение назад там ещё был монстр — а в следующее он уже плыл мёртвым мясом в воде.

Это был не бой. Это была бойня.

Голый расчёт. Минимум усилия, максимум отдачи.

Невозможно было поверить, что прежде он когда-либо сражался в полную силу. Если бы кто-нибудь воевал вот так, об этом знали бы все.

Он сунул руку в карман, вытащил оттуда горсть чего-то и швырнул вперёд.

Это были блестящие кусочки металла, и, едва они полетели, она почувствовала, как за ними разрастается его резонанс, неся их дальше.

Металл пел в воздухе, двигаясь как стая птиц, и ударил, как залп пуль, прошивая черепа некротраллов.

Но вместо того чтобы упасть, эти кусочки металла остались висеть в воздухе и вернулись назад, весь в крови и мозговом месиве. Каин повёл рукой, и они понеслись обратно, распарывая новые тела. Щелчок пальцев — и они снова рванули наружу.

Когда он добрался до Хелены, глаза у него за маской горели яростью, пылая, как расплавленное серебро.

— Дура, — сказал он и рывком вытащил её из воды, вдавив в себя так сильно, что кости заболели ещё сильнее.

Его резонанс в воздухе стал ещё тяжелее. Волной пошёл наружу. Она увидела, как этот невидимый удар достигает ближайших некротраллов и аспирантов. Их начало корёжить, выворачивать судорогами, и они падали в воду. Некротраллы просто складывались, а химеры и живые люди хватались за горло, словно их лёгкие сжимала невидимая рука.

Сама Хелена ещё могла дышать, хоть и с трудом, но все вокруг захлёбывались удушьем.

Себастьян пытался добраться до Люка, но тоже рухнул в воду. Люк раздирал себе горло ногтями; лицо уже синело, глаза вылезали из орбит.

— Прекрати, — прохрипела она, понимая, что Каин не делает различия между Бессмертными и Вечным Пламенем. Он убивал всех. — Прекрати! Ты не можешь их убить! Прекрати!

Она рванулась из его рук, пока глаза Люка закатывались, а сам он оседал в воду.

Невидимая волна дошла до стен. Пенни рухнула. Следом Алистер.

Сопротивление было почти сломлено.

— Прекрати. Прекрати! Прекрати! — Она вырывалась. — Прекрати!

— Замолчи, — рявкнул он сквозь маску и отпустил её. — Жди здесь.

Он рванул к Себастьяну и Люку, к Пенни, к Алистеру и даже к Вагнеру, хотя до него Хелене было почти безразлично. Он клал ладонь им на грудь и вторую на затылок, и она видела, как тела дёргаются и снова начинают дышать, но в себя при этом не приходят.

Она попыталась подняться, но ноги её не держали. К тому моменту, как Каин вернулся, всё уже качалось перед глазами.

Он потащил её к дальней стене, где в темноту уходило несколько тоннелей.

— Нельзя их бросать, — хрипло сказала она, пытаясь вырваться.

— Замолчи. — У стены вода доходила только до щиколоток, и там была лестница, ведущая на настил на уровне плеч.

— Ты не можешь их оставить, — сказала она, всё ещё вырываясь. — Забери их, иначе я не пойду.