– Мишка, ты что же, из клетки удрал? Бедняга, на волю хочешь, конечно. Посиди-ка в четырех стенах день-деньской. А если опять охотники поймают? Да, стой ты, глупышка! Ты мне в окно стучал? В гости просился?

Медвежонок заковылял к лесу, и Леда побежала за ним. Ноги будто сами повели. Только вскоре зверь пропал между белесыми в сумраке сосновыми стволами, а Леда с удивлением обнаружила, что оказалась одна посреди леса. Чудное дело! Кажется, всего несколько шагов и сделала с территории базы, а позади деревья и впереди деревья. Куда же дальше идти?

Хорошо еще луна светит и не в кромешной тьме дорогу искать придется. Тихо-то как... Может, покликать кого, "Былина" ведь совсем рядом, сразу услышат и выведут к домику. Но ведь стыдно кричать, Леда трусихой никогда не была, сама справится и путь обратно отыщет. Вот-вот, еще пара шажочков в эту сторону, или лучше в ту...

Меж соснами мелькнула тень, кажется, большая птица пролетела, скрылась в ветвях. А у Леды сердечко екнуло, метнулась она назад, да словно ноги в землю вросли от негромкого возгласа совсем рядом:

– Ты, милая, никак заплутала? Не бойся, я тебе верный путь укажу. Без обмана.

Из-за ствола высокой раскидистой сосны, опираясь на суковатый посох, вышел человек. Лица его Леда не могла разглядеть, но сразу успокоилась.

– Ой, спасибо большое! А вы медвежонка здесь не встречали, он из "Былины" сбежал?

Человек усмехнулся. Он явно не собирался подходить ближе. Да и Леда стояла на прежнем месте, не решаясь приблизиться.

– За косолапого не переживай, пригляжу за ним. И тебе давно к своим пора. Заждалась, небось, измаялась вся… Ничего, скоро дома окажешься. Вон огонек видишь, среди деревьев мелькает, иди прямо на него, не ошибешься.

– Подождите, какой огонек? Очень уж далеко. Быть не может! Домики всего в двух шагах, я не могла уйти за километр от «Былины», вы что-то путаете. Мне на турбазу надо, а не в местную деревню! И сами-то вы кто такой? Вы здесь работаете?

– Живу я здесь, девица. И жил еще до того, как в этом лесу первый топор застучал. Такая уж у меня доля.

Леда невольно зябко поежилась, словно легкий ночной ветерок пробежал по кронам, а потом над полянкой вновь пролетела крупная птица. Сова или филин. Только они по ночам охотятся, бесшумно проверяя свои владенья.

И более никого рядом не было, - исчез чудной человек, как сгинул. Леда всерьез насторожилась.

– Эй, да где же вы? Что за шутки! Я же в прятки с вами играть не собираюсь! Мне, правда, помощь нужна, а вы..

Недолго поразмыслив, она двинулась в сторону слабо мерцающего вдали маячка. Не стоять же всю ночь посреди леса. По пути несколько раз крикнула изо всех сил, но никто не ответил, и это тоже было очень странно. Жутко даже. Будто поблизости не находилось никакого жилья, только дремучий суровый лес и его таинственные обитатели.

Леда шла долго, потому что двигалась крайне медленно и осторожно. То кочка на пути, то валежник, ладно еще сосны высокие кругом, а не березняк, там бы одних веточек на пути встретилось, успевай только отводи с лица.

– Повезло, что такая лунная ночь. Иначе, совсем бы ничего не видела в двух шагах перед собой. Спасибо, Луна-матушка, что ясно светишь, куда бы я без тебя!

Подшучивая вслух сама над собой для пущей бодрости, с присказками для поднятия духа выбралась Леда из леса и до того растерялась, оказавшись на краю поля, что и слов сразу не нашла.

– Это что такое? Я думала к Башкирцеву иду, а тут – равнина. Точно леший мороку напустил, вот и не верь после этого в сказки. Ну, теперь уж надо идти до конца…

Она устало побрела по глинистой неровной почве в сторону одинокого огонька и, пройдя часть пути, вдруг обнаружила, что позади догорающего костра высится черная насыпь.

– Курган! Ничего себе! Вот куда меня, оказывается, занесло. В самое сердце Ингалы. Ну, встречайте гостью, раз уж добралась…

Леда неуверенно шагнула вперед и остановилась. Холодок страха пробежал по спине, еще недавно спокойненько на крыльце стояла, собиралась укладываться на ночлег да суженого загадывать, а теперь вот бредет по мрачной долине неведомо куда. А вдруг тут кто недобрый обитает, и не обязательно человек. В памяти Леды ожили довольно страшные истории про ночевки на кладбище, про духов болотных и стражей гробниц.

– Так ведь я с миром пришла, никому зла не желаю. Злато-серебра мне вашего не надобно. Э-гэй! Есть тут кто живой… Домой бы мне попасть, как-нибудь поскорее.

Стоя у едва тлеющего кострища, Леда огляделась по сторонам. Снова покликала людей, никто не отозвался. Только траву у подножия кургана ветерок взъерошил, волосы растрепал, оттого-то и принялась она сама с собой вслух говорить, все не так страшно:

– Вот уже и огонь погас. Будто только меня и дожидался. И веток нет, чтобы еще подбросить. Кто же его разжег на поле? И сам куда потом делся? Может, с вечера мальчишки тут играли, может, деревенька неподалеку… Ну, что, делать, посижу здесь до утра, все равно дороги не знаю, как бы сильнее не заблудиться. Утром меня непременно найдут.