Настроение с утра было поганое, и виноват в этом был шлем. Точнее, его отсутствие на голове Клавуса, которое заметил командир гвардейцев и тут же устроил такой разнос, что даже куры за соседним забором притихли.

— Где шлем?!

— На голове был, только что снял на секунду, проветриться! — Клавус вытянулся, прикинул варианты и выбрал самый надежный.

—Надеть, живо. — процедил сквозь зубы командир, — И не снимать. Хоть спи в нем, ясно?

— Так точно! — гаркнул Клавус и поспешил убраться подальше, пока командир не передумал ограничиваться словами.

Проблема заключалась в том, что шлем Клавус не просто снял на секунду. Он его снял еще вчера, положил куда-то, и с тех пор каска жила своей жизнью, а Клавус своей, и обе стороны, в общем-то, были вполне довольны таким положением дел. В городе он эту железную миску носил только когда мимо шло начальство, а умение вовремя заметить начальство и нырнуть за угол позволяло не носить ее вовсе.

Здесь же, в деревне, начальство торчало на каждом шагу, и спрятаться от него было решительно некуда, и такое положение дел совершенно непривычно.

А главное, зачем? Кирпичи с неба не падают, враг пока за лесом, а шея от этой железяки устает так, что к вечеру голову хочется просто открутить и положить рядом. И натирает, зараза, особенно за ушами, где подшлемник давно протерся и тонкий край металла врезается в кожу при каждом повороте. Без каски и думается легче, и дышится свободнее, и вообще жизнь приобретает совершенно другие краски.

Побрел по деревне, вспоминая, где мог ее оставить. У колодца? Нет, там флягу наполнял, но каску не снимал. Или снимал? У забора, где вчера стоял в карауле? Вроде бы да, но забор длинный, а память короткая.

— Клавус! — окликнули сверху, с вышки.

Задрал голову и увидел стражника, одного из местных, который свесился через перила и щурился вниз.

— Ты это, шлем свой не терял случайно? — Кивнул он.

— А ты видел?! — Клавус даже подпрыгнул от неожиданной радости.

— Ага, вон, под второй вышкой лежит, у правой опоры! — стражник ткнул пальцем куда-то в сторону.

— Точно же! — Клавус хлопнул себя по лбу и тут же вспомнил, что как раз там вчера стоял в дозоре, снял каску, потому что шея отказывалась терпеть, а она, видимо, скатилась и затерялась в траве.

Подошел к указанному месту, раздвинул траву и... пусто. Покрутился, заглянул с другой стороны опоры, обошел вышку кругом. Вернулся, присел, пошарил рукой в зарослях у самого основания, и пальцы наконец нащупали знакомый холодный край.

Вытащил, отряхнул, осмотрел. Вроде его, форма та же, только вот внутри что-то не так. Клавус сунул нос внутрь, принюхался и скривился. Пахло странно, но может просто напотел и не помыл, всякое бывает.

Повертел каску в руках, пожал плечами, и сунув ее подмышку, зашагал обратно. Все-таки командир дал четкое указание и надо бы показаться ему на глаза в каске, чтобы отстал.

Собственно, потопал к халупе, которую солдатам выделили под ночлег. Казармами это строение не назовешь даже при всем желании, но увы, других вариантов нет. Тесно, низко, воняет чужими портянками, а по углам что-то шуршит, и Клавус предпочитал думать, что это мыши. Могли бы и получше что-нибудь выделить, честное слово, все-таки не беженцы какие-нибудь, а солдаты на службе у самого лорда.

— Клавус!

Рык раздался за спиной, и Клавус обернулся так быстро, что чуть не выронил шлем. Командир гвардейцев шел к нему через двор, и по его походке было ясно, что настроение у него примерно такое же, как у Клавуса, если не хуже.

Руки сработали быстрее головы. Каска взлетела вверх и села на макушку, без подшлемника, прямо на голые волосы, холодный металл неприятно прижал уши, а внутренний край врезался в лоб, но это все мелочи, потому что главное сейчас выглядеть по форме.

— Да! Вот, как раз возвращался! — Клавус выпрямился и изобразил нечто среднее между стойкой смирно и попыткой выглядеть бодро.

— Другое дело! — командир пригрозил ему пальцем. — И чтоб не снимал!

— Конечно! Я же и не снимал, просто на секунду скинул проветриться, вот, снова в нем, снова по форме! — Клавус вытянулся еще сильнее, хотя вытягиваться было уже особо некуда.

Командир окинул его взглядом, хмыкнул и пошел по своим делам. Клавус выждал, пока тот скроется за углом, выдохнул и потянулся к шлему. Все-таки без подшлемника сидеть в этой посудине решительно невозможно, железо елозит по голове, давит и мешает думать, хотя последнее, пожалуй, не самая большая потеря.

Ухватился за края, потянул вверх… Но шлем не сдвинулся. Потянул сильнее, упершись подбородком в грудь для упора. Ничего. Каска сидела на голове так, будто приросла к ней, и сниматься не собиралась ни при каком раскладе.

Клавус похолодел, схватился обеими руками, расставил ноги пошире и рванул со всей силы. Шлем остался на месте, зато волосы, попавшие между железом и кожей, напомнили о себе такой болью, что из глаз брызнули слезы.