Солнечный зайчик скользнул по моей щеке. Я сморщила нос и попыталась увернуться, уткнувшись носом в грудь Эдварда, которая тут же начала вибрировать от беззвучного смеха. Тут до меня дошло, что раньше, когда я просыпалась, солнце, точнее тот его свет, что мог пробиться сквозь пелену облаков, никогда не доходил до нашей кровати. А значит сейчас если и утро, то очень позднее. Поняв это, я резко села.
– Школа! Мы опоздали!
Эдвард продолжал лежать, с ласковой усмешкой глядя на меня.
– Успокойся, малышка. Сегодня суббота. И потом – какая школа в такой день? Когда светит солнце – мы в школу не ходим.
– Ну, да. Конечно. Вы же можете «засветиться». В прямом и переносном смысле. – Я снова улеглась ему на грудь. Господи, как же я соскучилась. Так бы и лежала весь день. Только не получится. Потому, что снизу послышался весёлый голос нашего бестактного братца.
– О, похоже, спящая красавица наконец-то проснулась! А я-то уж начал подумывать, не в летаргию ли она впала. Проспать 16 часов подряд – пожалуй, это перебор даже для такой сони, как ты, Кнопка.
Я улыбнулась. Вот уж кто совершенно не изменился, так это Эммет.
– Зависть – грех! – крикнула я в ответ.
Пора было вставать. Я быстро закончила свой утренний туалет, и мы с Эдвардом спустились в гостиную, где собралась вся семья.
– Давай, Кнопка, рассказывай!
Я недоуменно захлопала глазами.
– О чём?
– Нам всем очень хотелось бы побольше о тебе узнать. О том, кем ты стала. Эдвард сказал, что ты не против, если мы тебя обо всём расспросим, – вступил в разговор Карлайл.
– Нет, не против, – я уселась на диван, с двух сторон от меня вновь устроились Эдвард и Элис. Остальные расположились напротив, на стульях и креслах. Я заметила, что все смотрят на меня лишь с доброжелательным любопытством. Как и вчера – никакой отчуждённости или насторожённости. Это радовало.
– Может, всё же сначала поешь? – конечно же, Эдвард в первую очередь заботился обо мне.
– Ничего, я пока не сильно проголодалась. Видимо, вчерашний супер-ужин ещё не переварился, – успокаивающе похлопав его по руке, я повернулась к Карлайлу. – Что именно вы хотите узнать?
– Знаешь, старейшины у Вольтури видели… гаргулий… прости, Энжи… – Карлайл явно боялся меня обидеть.
– Да ладно, не переживайте. Я уже смирилась. Давайте называть вещи своими именами. Я – гаргулья, и всем нам теперь это известно. Не скажу, что подобное открытие привело меня в восторг, но всё же это хоть какая-то определённость. Я долго размышляла, – больше-то заняться мне было нечем, – и пришла к выводу, что неважно, кто я, важно – какая я. А я всё та же, что и была, уверяю вас.
– Мы это знаем. Ты мудра не по годам, дитя моё.
Не зная, что на это ответить, я только пожала плечами. А может быть именно «по годам»?
– Так что там про Вольтури? – поинтересовался Эдвард.
– Так вот, насчёт Вольтури. Сам-то я слышал только легенды, которые и рассказывал вам, но Аро, самый главный и самый старый из них видел гаргулий своими глазами, и не раз.
– Но ведь они же все исчезли тысячу лет назад. Ну, почти все, – Эммет ухмыльнулся, глядя на меня. В ответ я показала ему язык. – Насколько же стар этот Аро?
– Точно никто, кроме него не знает. А может и сам он тоже – в те времена к летоисчислению относились несколько иначе, большинство людей и считать-то не умели, не говоря уж о календаре. Но не менее трёх тысяч лет.
– Можно сделать радиоуглеродный анализ, – пробормотала я себе под нос. Но меня услышали и рассмеялись.
– Интересная идея. Но вряд ли выполнимая. Но я продолжу. Так вот, Аро никогда не упоминал, что гаргульи могут принимать человеческий облик. Да и женщин среди них никогда не наблюдалось. К тому же их всегда описывали как гигантов, а ты, Энжи, уж извини…
Карлайл вновь запнулся, но ему на помощь пришёл неугомонный Эммет, констатируя очевидное:
– Кнопка!
– Она ещё подрастёт! – тут же встала на мою защиту Элис. Тут в разговор вступила Розали:
– Думаю то, что Аро не видел гаргулий-женщин ещё ни о чём не говорит. Битвы всегда были прерогативой мужчин, и тогда, и сейчас.
– И свою человеческую ипостась они могли ото всех скрывать, выходя на битву облачившись в боевые доспехи, так сказать, – рассудительно заметил Джаспер. – Так же, как и Энжи. На поле боя она надела «доспехи», а потом их сняла.
– Нет, не сняла, – печально пробормотала я. Все недоумённо уставились на меня. Я поправилась. – Не сразу сняла. Собственно, я лишь позавчера утром смогла вернуть свой человеческий облик. Когда с дерева свалилась.
– Надо же. Это что, особый метод обращения – с дерева падать?
Ну, конечно же, Эммет не мог упустить возможности позубоскалить. Эдвард же стиснул зубы и крепче прижал меня к себе. Кажется, я поняла, что именно он в данный момент вспомнил – мою кровь на обломанных ветках сосны. Я успокаивающе погладила обнимающую меня руку.