После того, как я опустила Элис на землю, а больше никто желания покататься не изъявил, я осталась стоять на месте, чтобы дать всем возможность как следует себя рассмотреть. Мои былые комплексы исчезли без следа, теперь я точно знала, что не являюсь чудовищем, как внешне, так и внутренне. Я чувствовала невероятное умиротворение. Всё прошедшее время, чем бы я ни занималась, как бы счастлива я не была, одна мысль всегда была где-то рядом, не позволяя до конца расслабиться. Сначала это был вопрос: «Кто же я? А вдруг я – чудовище?» Потом, когда это наконец-то выяснилось, вопрос сменился уверенностью: «Я – чудовище». И только теперь, когда отпало последнее сомнение, когда выяснилось, что все мои страхи были напрасными, я, наконец-то смогла расслабиться и жить в мире с собой.

       Каллены окружили меня, рассматривая с удивлением и, кажется, с восхищением. Особый восторг вызвали мои крылья. Я, по просьбе, раскрывала их на полную ширину, или складывала за спиной, как плащ. Карлайла больше всего поражало то, как ловко и непринуждённо я управляюсь с лишней парой конечностей, Эдварда восхитило то, что теперь я стала с ним одной температуры. Меня, кстати, тоже – его рука уже не казалась мне твёрдой и прохладной, как раньше. А Эммет, стоящий за моей спиной, вдруг захихикал. 

       – Ну, теперь ты видишь, что мы все тут светимся. И даже ты! 

       Я ахнула. Остальные – тоже, кто громче, кто тише. В тот момент я стояла спиной к солнцу, а лицом – к сияющим (в прямом и переносном смысле) Калленам. Эдвард, держащий мою ладонь в своей, поднял наши соединённые руки вверх, где их уже не закрывала моя тень. Я с удивлением наблюдала, что от моей руки тоже исходит свечение. Не такое яркое и заметное, как от руки Эдварда, но не увидеть этого было просто невозможно. 

       – Феечка! – мстительно и ехидно протянул Эммет. Я обернулась и продемонстрировала ему клыки, впрочем, совершенно его не напугав. Но меня отвлекла рука Эдварда, ласково погладившая мою щёку. 

       – Знаешь, а ведь он в чём-то прав. Ты летаешь, ты светишься, ты вся такая крохотная. И эти твои ушки! – пальцы Эдварда ласково заправили мои волосы за уши, выставив их на показ. – Они такие милые и забавные. Может ты и правда фея? 

       Печально усмехнувшись, я продемонстрировала ему свою когтистую лапку. 

       – Вряд ли. 

       – Знаешь, Энжи, чем больше я узнаю о тебе, тем больше недоумеваю, – вновь вступил в разговор Карлайл. – Ты и похожа на нас, и не похожа. Слишком много различий, но и все совпадения нельзя сбросить со счетов. Я в полной растерянности. В тебе есть многое и от человека, и от вампира, и даже от оборотня… 

       – А так же от летучей мышки! – снова встрял Эммет, неосторожно подойдя ко мне сзади практически вплотную. Эдвард недовольно нахмурился, раздражённый этими постоянными подколками, но я успокаивающе похлопала его по руке. А потом незаметно отвела одну ногу назад, благо в этом облике она у меня хватательная, цапнула Эммета за щиколотку и резко дёрнула. А потом, с удовольствием наблюдала, как он сидит на земле, недоумённо хлопая глазами. 

       – Что, Эммет, доприкалывался? – захихикала Элис. Остальные тоже не скрывали своего веселья. – Не забывай, Энжи самая сильная в доме, и всегда такой была! 

       – Не бойся, Эммет, – и я погладила его, всё ещё сидящего на земле, по голове. – Солдат ребёнка не обидит.

       Эммет быстро вскочил и хотел что-то сказать, но Розали утянула его за рукав подальше от меня. 

       – Хватит, Эммет, сколько можно! 

       – Но не зря же у неё на шее Бэтмен висит! 

       Услышав это, я потеребила свой кулончик.

       – Скорее всего, это гаргулья. Но теперь я понимаю, что это не просто украшение, он имеет свой смысл. И вобщем-то был подсказкой, только воспользоваться ею мы не смогли.

        – Знаешь, Энжи, что удивительно? – подал голос Джаспер, все это время спокойно и чуть отстраненно наблюдавший за всеми нашими чудачествами. – Сейчас ты пахнешь несколько иначе, но твое присутствие по-прежнему сводит на нет нашу жажду. Я это точно знаю, поскольку сегодня в школу мы не собирались, и поэтому не принимали твое «лекарство». 

        – Видимо, все это не случайно – то, насколько я становлюсь похожей на вас, и как именно на вас влияю. Жаль, что никто из вас не имеет на меня такого же влияния, – я потерла живот и жалобно улыбнулась. 

       – Так я и знал, что ты голодная. Нужно было сразу тебя покормить, а уж потом расспрашивать. – Эдвард приобнял меня за плечи. – Ну, что, пойдем ловить кроликов или предпочитаешь обычную еду? 

       – Сейчас, пожалуй, обычную. А ты возьмешь меня в следующий раз на охоту? 

       – Конечно, возьму. А сейчас – пойдем, я что-нибудь тебе приготовлю. 

       И мы направились в дом. Проходя веранду, я сдернула с перил свою рубашку, а потом, прямо на ходу, обратилась. Эдвард едва не споткнулся от неожиданности, а потом окинул меня восхищенным взглядом. 

       – Ловко же у тебя это получается! 

       И уже зайдя в дом, я услышала за спиной негромкий голос Элис: 

       – Зато я теперь знаю, для чего ей нужны были топы с открытой спиной.