Когда все более-менее успокоились, мать и дочь Лейхтенбургские привели себя в порядок, мы приступили к ужину. Переключив тему, разговаривали о разном: от погоды до внешней политики империи.

Когда дело дошло до горшочков с жюльеном, разговор резко переключился на грибы.

— Когда вы успеваете их собирать? — удивлённо спросила Софья Альбертовна, смакуя жульен и даже прикрыв глаза от удовольствия.

— Какие грибы, дорогая? О чём ты говоришь? — улыбнулся Георгий Стефанович. — Зачем княжичу ходить в лес за грибами самому? Наверняка он послал туда специальных людей.

— Вот откуда ты знаешь? — махнула на мужа рукой Софья Альбертовна, снова потянувшись к горшочку.

— Вы не совсем правы, Георгий Стефанович, — сказал я с улыбкой. — Я бы тоже с удовольствием сходил пособирать грибы, но мне, действительно, на это не хватает времени. То, что мы сейчас едим, собрали вчера мои телохранители, пока мы выполняли другие задачи.

Я сначала хотел добавить, что это произошло во время сборов и подготовки к вылазке в Аномалию, но решил об этом промолчать. Не то чтобы я их в чём-то подозревал, нет, просто на всякий случай. Как говорится, бережёного бог бережёт. Да и, в целом, пока нет смысла посвящать их в эти дела, если вообще нужно это делать — все же у семьи Жени другая специфика интересов и работы.

Хотя, с другой стороны, Женя ведь тоже там со мной была и она вполне могла рассказать о вылазке родителям. Потом подумал, посмотрел, как они бережно относятся к дочери, считая её нежным цветочком, и решил, что вряд ли она будет рассказывать о таких приключениях. Значит, они, скорее всего, об этой вылазке не знают. Так что правильно, что я не стал говорить. Я ведь не соврал о том, кто собирал эти грибы и когда, а других вопросов не было.

Когда ужин завершился, я хотел попросить герцога отойти со мной в другую комнату, но этот вопрос разрешился практически сам собой: Евгения и её мама ушли к девушке в спальню и там продолжили своё эмоциональное общение. Мы же смогли спокойно поговорить прямо здесь, в гостиной.

— Георгий Стефанович, у меня есть для вас очень интересное дело и очень интересная информация.

— Насколько я понял, вся информация, исходящая от вас, очень интересна, Иван Владимирович, — с улыбкой произнёс герцог и устроился поудобнее, придвинувшись ближе. — Так что я вас внимательно слушаю.

— Вы известный учёный, специалист по Аномалиям, насколько я знаю, — начал я издалека. — Человек, для которого наука — не только профессия, а настоящее призвание и смысл жизни. Я сделал неожиданное открытие и хотел им с вами поделиться. Так получилось, что я совершенно случайно узнал, что могу исцелять монстров Аномалии.

— В смысле исцелять? — искренне удивился герцог. — Вы вылечили раненого зверя?

— Сначала я думал, что да, — пожал я плечами, вспоминая, как практически воскресил раненого горностая. — Потом выяснилось следующее: воздействуя даже на неповреждённого небольшого монстра целительной энергией, я могу превратить его обратно в обычное животное. Ведь все мутации вызваны влиянием негативной энергии Аномалий.

— Да, абсолютно верно, Иван Владимирович, — кивнул Лейхтенбургский, внимательно глядя на меня. — Мутагенное действие негативной энергии на живые организмы, в том числе и на растения давно доказано.

— Если вытеснить из монстра полностью всю негативную энергию, — продолжил я, — а затем с помощью целительной энергии воздействовать на изменённые, мутировавшие ткани, монстр превращается в обычное животное, от которого он произошёл. Не исключено, что этот метод работает только на зверях, которые мутировали сравнительно недавно и их изменения, скажем так, не зафиксировались, но, скорее всего, принцип универсален, его надо лишь доработать как следует. Ещё один момент: я пока что пробовал только на небольших монстрах, и это закончилось успешно. Самым крупным был Спрутолис. Во время последнего посещения Аномалии я пытался изменить обратно Лешего. Насколько вы знаете, это довольно крупный монстр — около трёх метров ростом и довольно массивный. Его мне удалось изменить лишь частично, так как моя целительная энергия закончилась, и стоило лишь мне прекратить воздействие, как достигнутые с большим трудом изменения исчезли, всё вернулось обратно.

— Но как вы к этому пришли, Иван Владимирович? Сколько лет уже существуют Аномалии и сколько лет существуют целители, но ещё никто до этого ни разу не додумался. Монстров только безжалостно убивали ради добычи определённого ресурса.