Я улыбнулся и протянул назад руку. В ней тут же появился ещё один букет — для мамы Евгении. Девушка широко распахнула дверь, и я пошёл вслед за ней. Позади я слышал ещё шаги — это шли Стас с Матвеем, неся в руках четыре больших корзины с цветами.

В дальней половине гостиной стоял накрытый стол. Родители Евгении застыли примерно посередине комнаты.

До того, как я успел сделать шаг навстречу, Стас и Матвей скользнули мимо меня и расставили корзины с цветами, придав комнате более праздничный вид. Затем друзья незаметно испарились, с тихим щелчком дверь за ними закрылась. Все мои подчинённые остались на улице, кроме одного. Федя снова появился у моих ног, вызвав искреннее удивление у родителей Евгении.

— Доброго дня и добра в ваш дом, — сказал я, потом указал на своего маленького спутника. — Прошу извинить, но он боится отпускать меня одного. Хочет всегда держать под контролем.

— Я же рассказывала про интересного питомца Ивана, — сказала Евгения родителям, улыбаясь.

— Да-да, я припоминаю, — кивнул герцог.

Герцогиня так и продолжала смотреть на животное, но не брезгливо, а с интересом.

— Это вам, Софья Альбертовна, — сказал я, сделав шаг навстречу матери Евгении. — Очень рад видеть вас в добром здравии.

— Очень приятно, спасибо, — довольно улыбнулась женщина.

— Очень рад видеть вас лично, Георгий Стефанович, — сказал я, повернувшись к её отцу. Герцог первым протянул мне руку, и я с уважением её пожал. — Очень рад познакомиться с вами. Много наслышан о ваших научных достижениях.

— И я о вас достаточно много наслышан, Иван Владимирович, — улыбнулся в ответ герцог. — И о ваших научных изысканиях в том числе. Очень рад наконец-то встретиться с вами лицом к лицу.

— Спасибо, — кивнул я, тем временем почему-то чувствуя себя очень неловко, но я здесь такой был не один. — Очень приятно.

— Что же мы стоим? — встрепенулась Софья Альбертовна. — Давайте уже садиться к столу, а там поговорим, познакомимся поближе.

— Одну секунду, — сказал я, подняв указательный палец, и быстро направился к выходу.

Едва я успел открыть дверь, как Матвей протянул мне тот самый термоконтейнер. Я кивнул другу с благодарностью, схватил его и вернулся обратно.

— У меня тут небольшое дополнение к столу, от моего повара, — сказал я, открывая крышку. — Приготовлено из только что собранных в лесу белых грибов. Загрязнение негативной энергией полностью исключено, я проверял.

Горшочки оказались ещё очень горячими, и, чтобы не обжечься, я взял со стола салфетку, чтобы расставить их на столе, не получив ожог.

— Какой чудесный запах! — восторженно произнесла герцогиня, потянув воздух носом.

— Должно быть просто божественно, — ответил я с улыбкой. — Он отличный повар, я очень благодарен отцу, который его прислал.

Все уселись за стол, а я оглянулся вокруг в поисках своего питомца и нашёл его сидящим на шкафу. Он с интересом наблюдал за происходящим, уютно расположившись между двумя вазами.

Только теперь заметил, что стол и без моего участия прекрасно укомплектован, буквально ломился от разнообразных блюд. Может быть, зря я всё это придумал с грибами? Но, судя по реакции родителей Евгении, вкусно пахнущие горшочки заинтересовали их больше всего.

— Уважаемые Георгий Стефанович, уважаемая Софья Альбертовна, — начал я, снова поднявшись со стула, — я очень рад познакомиться с вами лично и буду ещё более рад познакомиться поближе и узнать о вас больше. Но, как вы уже понимаете, я пришёл сегодня сюда не только для знакомства.

Я сделал небольшую паузу, чтобы дать всем осознать происходящее. Герцог продолжал смотреть на меня с интересом. Его супруга удивлённо подняла одну бровь. Мне кажется, она всё прекрасно понимает, можно даже ничего не объяснять.

Евгения тем временем снова залилась краской, ещё больше потупилась, глядя на белоснежную скатерть прямо перед собой. При этом у неё была стать истинной принцессы: расправила плечи и вытянулась насколько возможно, словно прижалась спиной к стене.

— Я думаю, что вы уже догадались о цели моего визита, — продолжил я. — Хочу вам сообщить, что я хочу связать жизнь с вашей дочерью и хотел бы попросить вашего благословения. Прошу заметить, что речь не идёт просто о политическом союзе, большую роль играют чувства, что между нами возникли. Я до сих пор не сказал этого даже ей, но обязательно должен сказать вам: я люблю вашу дочь.

В тот момент Евгения взглянула на меня. В её глазах я увидел слёзы, но по выражению лица сразу понял, что это были, бесспорно, слёзы радости.

А я тем временем продолжил: