– Что, чёрт возьми, с тобой не так?

Он вздрагивает. Часто моргает.

– Ч–чего...

– Я приехал сюда и обнаружил ее почти спящей на крыльце. Ты оставил ее здесь? В полночь?

– Я отошел, чтобы отлить, – протестует он. – С ней все было в порядке.

– Любой мог пройти мимо и найти её в таком состоянии.

– Ты чё, её папаша...

Я прерываю его, схватив за грудки и со всей силы впечатывая в стену дома, так что у него лязгают зубы.

– Её могли обидеть, ты, кусок дерьма, – рычу я. – Ты оставил ее на улице, пьяную в стельку, неизвестно на сколько времени.

Лэндон поднимает руки в знак капитуляции, громко сглатывая.

– С ней всё нормально, мужик. Господи.

– Она даже сидеть не могла, потому что у нее кружилась голова. – Я снова толкаю его. – Думаешь, бросить женщину после того, как напоил ее абсентом, – это поступок мужчины? Настоящего мужчины? Ты гребаное ничтожество.

– Уайатт, – протестует Блейк с нижней ступеньки лестницы. Голос у нее слабый.

Я делаю глубокий вдох. Заставляю себя отпустить его воротник.

– Вот и хорошо, – бормочет он. – Рад, что ты образумился...

– Заткнись, – перебиваю я, сверля его убийственным взглядом. – Чтобы я тебя больше рядом с ней не видел, понял? Не пиши ей. Не звони. Даже не думай о ней. Все кончено.

Я толкаю его в последний раз и резко разворачиваюсь.

– Пошли, – говорю я Блейк, но она делает два шага и спотыкается.

Когда я пытаюсь подхватить её, она отмахивается.

– Я сама могу идти, – возражает она.

Последние остатки терпения покидают меня.

– Нет. Мы не будем в это играть.

Прежде чем она успевает возразить, я подхватываю её на руки.

– Уайатт!

– Заткнись, – цежу я сквозь зубы. – Хватит разговоров.

Я быстро шагаю вперед, и ее руки инстинктивно обхватывают мою шею, крепко сжимая. Но она не сопротивляется. Она прижимается лицом к моему плечу и позволяет мне донести ее до джипа.

Глава 19. Блейк

Рассвет

Еще нет полуночи, а я уже выхожу из душа, пробыв под ледяными струями больше двадцати минут. Не знаю, свойственно ли это всем, кто употребляет абсент, но эта зеленая дрянь превратила мое тело в раскаленную печь. Никогда прежде от алкоголя меня так не разогревало. И так не накрывало. Даже сейчас, несколько часов спустя, я всё еще чувствую остаточный шум в крови. Меня всё еще немного шатает, когда я заворачиваюсь в короткий белый халат.

Я вздрагиваю, увидев в коридоре Уайатта, прислонившегося к двери своей спальни.

– Ты всё это время ждал здесь?

– Ага, – хрипло говорит он. – Хотел убедиться, что ты не поскользнулась и не разбила голову.

– Это... очень мило. Спасибо.

Он окидывает меня внимательным взглядом.

– Ты выглядишь более живой. Тебе лучше?

– О боже, да. В голове прояснилось. Холодный душ помог. – Он заставил меня выпить бутылку воды и проглотить две таблетки ибупрофена, едва мы переступили порог.

– Хорошо. – Он отталкивается от стены. – Пойду покурю. Спокойной ночи.

– Спокойной, – бормочу ему вслед.

Я иду в свою комнату и надеваю пижаму, но душ меня слишком взбодрил. Вместо того чтобы забраться в постель, я надеваю теплые носки и выхожу на улицу. На улице прохладнее, чем я ожидала, поэтому беру с шезлонга плед и заворачиваюсь в него по пути к лестнице.

Когда я выхожу на пирс, Уайатт улыбается, глядя на меня, закутанную в плед. Затем он быстро затягивается сигаретой и выпускает в ночь облачко дыма.

Я закутываюсь плотнее и устраиваюсь на соседнем шезлонге.

– Как прошло свидание? – неохотно спрашиваю я.

– Коротко.

Я кусаю губу.

– Прости. Я не хотела его испортить.

– Не испортила. – Он выпускает ещё одно облако дыма. – Ну, ладно, испортила. Но я и сам собирался его завершать.

Я игнорирую предательский стук своего сердца.

– Почему?

– Было отстойно. – Он смотрит на меня. – Как прошла твоя ночь? До абсента?

– Отвратительно. Айзек обвинил меня в том, что я хочу к нему вернуться, и использую Горячего Парня как предлог.

– В этом есть доля правды?

– Ни капли. У меня нет ни малейшего желания возвращаться к нему. Один раз изменщик – навсегда изменщик, да?

Уайатт пожимает плечами.

– Жизнь не так однозначна.

– Измена – однозначна, – просто говорю я. – По крайней мере, для меня. Дело не в том, изменит ли он мне снова. Даже если бы он больше не изменял мне до конца наших дней, я бы никогда не забыла, что он изменял мне раньше. Я бы никогда ему больше не доверяла.

– Справедливо.

– И ещё, у меня сегодня на вечеринке было озарение, – признаюсь я. – Прозрение под абсентом.

– Да?

– Ага.

Я на мгновение замолкаю, и Уайатт терпеливо ждет, пока я продолжу. Я ценю его за это. Он никогда не торопит меня, пока я обдумываю свои мысли.