— Бросьте, — Гарри начал накладывать себе и брату пюре. — Она сделала, что могла. Новые правила касаются и ее… Невилл, передай, пожалуйста, индейку!

В этот момент сердце у Гарри екнуло как-то особенно сильно, словно он сам чего-то испугался. Тревожно оглядевшись, он не заметил ничего странного. Все как всегда. Убедившись, что его состояния никто не заметил, он продолжил насыпать Руди салат, хотя у самого по спине вдруг побежал холодный пот. Может, он заболел?

Джинни рядом с аппетитом поедала столь любимый ею пудинг с шоколадной начинкой. Руди принялся за еду. Студенты за всеми столами немного повеселели.

***

В конце ужина, когда все уже наелись, Гермиона толкнула в бок задремавшего Драко.

— Нам надо проводить первокурсников и провести первое построение!

— О, Мерлин…

Драко покосился на Руди, с восторгом на него глядевшего, и встал вслед за девушкой. Сон сморил его еще четверть часа назад, ему соответствовало тепло, сытость и тихий усыпляющий ропот студентов.

— Первокурсники! — позвала Гермиона и махнула рукой детям на другом краю стола. — Сюда, пожалуйста!

Глядя на нее, засобирались и старосты других факультетов. Фред с Джорджем встали со своих мест и под бдительным наблюдением авроров подошли к Гарри.

— Хорошо, что мы не старосты… — заговорил один.

— И что мы не первокурсники, — продолжил другой.

— Как у вас дела? — поинтересовался Гарри, ведя брата к другим детям.

— Думаем, как бы прикупить облюбованное местечко в Косом переулке, — радостно сообщил Джордж. — Заказы уже есть, с хозяином встретились.

— Исключительно вредный старик, — покачал головой Фред. — Но за пятьсот галлеонов душу продать готов, не только свою старую лачугу.

— А на оставшиеся деньги ремонт сделаем, закупим необходимое для создания дела.

— Это хорошо, — согласился Гарри. — Только мой совет — выберите подходящее время для ремонта. Сейчас опасно.

— Ну, — пожал плечами Фред. — Людям так или иначе нужна капля радости в эти мрачные времена. А мы уж как-нибудь выстоим.

Близнецы попрощались и ушли. Фред говорил точно так же, как помнил Гарри. Про радость для людей, и все такое.

Гермиона гордо повела своих первокурсников через двери Большого Зала в подземелья, вслед за ней вяло тащился Малфой. Гарри решил сопровождать брата, а с ними уже пошли и Джинни, и Невилл. Авроры, ожидавшие за дверями зала старост с новичками, отделились от основной группы и пошли с двух сторон от детей. Как понял Гарри, несколько авроров полагалось на один факультет. У стены, которая служила дверью в гостиную, они остановились и остались так стоять, пока ребята заходили в помещение.

Руди восторженно оглядывал гостиную. Здесь Гарри оставил его стоять в рядах первокурсников и подошел к камину, чтобы сесть на свое любимое место первым и протянуть уставшие ноги. Джинни присела ему на колени и улыбнулась детям. Невилл сразу попрощался и пошел в спальню. Гермиона и Драко встали напротив новичков. Девушка толкнула его в бок.

— Ай! — он потер его. — Что, Гермиона? Давай первая.

Гермиона поджала губы и начала.

— Итак, добро пожаловать в гостиную факультета Слизерин, — девушка терялась перед многочисленными зрителями, более старшие курсы тоже пришли, чтобы послушать слова новых старост. — Я буду говорить теми же словами, которыми приветствовали здесь меня, потому что сказать лучше все равно нельзя. Многие из вас попали на этот факультет, благодаря своей крови, своему характеру. Кто-то просил Шляпу отправить его сюда. В нас есть что-то одинаковое, но все же мы все разные. Однако в Хогвартсе это ничего не значит. Ваш факультет — это ваша семья, ваш второй дом.

Дверь гостиной вновь отъехала в сторону, и порог тяжело переступил Снейп. Гермиона подумала было, что он возьмет речь в свои руки, но профессор только оперся о каминную полку и стал слушать.

— Слизерин — это ваша семья… — Гермиона снова подхватила упущенную нить речи. — Каждый член этой семьи относится с уважением и радушием к другим членам, защищает их перед обидчиками. Помогает, когда нужна помощь. Если вы внимательно слушали обращение Шляпы, вы знаете, что наш факультет слегка недолюбливают другие факультеты. Однако наша сила в нашем единстве. Мы не разжигаем эту неприязнь — мы пытаемся бороться с ней. Старший заступается за младшего, сильный — за слабого. Все ссоры между собой вы должны оставить в дверях этой гостиной, вне ее мы все друзья.