— Здравствуйте, дядя Вернон, — поздоровался Гарри. — Меня зовут Гарри. Гарри Поттер. Я ваш племянник.

— Нечего вам здесь делать, — тихо, но оттого не менее зловеще прошипела Петунья, делая попытку незаметно закрыть дверь. — Мы не так давно виделись, мы с Верноном не ждали вас в гости сегодня.

— И я рада тебя видеть, сестра, — вымученно улыбнулась Лили. — У нас срочный, серьезный разговор, он касается безопасности вашей семьи. Впусти нас, лучше говорить не на пороге.

Ее выпученные глаза шныряли по соседским окнам и заборам в поисках пронырливых соседок, но таковых, по мнению Гарри, пока не наблюдалось. Придя к тому же выводу, Петунья отворила двери шире, и они с Гарри протиснулись в душную прихожую.

От этих действий дядя Вернон как будто проснулся.

— Не хочу показаться невежливым… — начал он тоном, который прямо-таки дышал грубостью в каждом слоге.

— Вернон… — тоненько одернула его Петунья, спрятавшись за ним.

— Петунья, они заявились к нам в девять часов утра без приглашения! — дядя Вернон раздувался как паровоз. — Слава богу, хоть одеты не в свое барахло, а по-людски.

— И тебе доброго утра, Вернон, — кивнула Лили. — Петунья, разговор предстоит серьезный, давай будем считать, что вы пригласили нас в гостиную?

Дадли только что выглянул из-за двери гостиной. Его большая белобрысая голова, торчащая из полосатого воротника пижамы, как будто висела в воздухе отдельно от тела, раскрыв рот от удивления и страха. Вспомнил «Чудовищную книгу о чудовищах» пару лет назад. Гарри приветливо помахал двоюродному брату.

— По правде говоря, мы не ждали гостей, — Петунья потрусила за ними в гостиную, когда маме надоело ждать утвердительного ответа. — Мы собирались сегодня наведаться к Мардж, сестре Вернона, ты ее помнишь… — Гарри тут же понял, что это ложь, когда дядя и Дадли усиленно закивали и развили бурную деятельность по укладке вещей в извлеченный с антресоли чемодан. Причем вещи укладывались разные: от ваз до проводного телефона.

— Уехать отсюда верное решение, — Лили села на диван, и Гарри последовал за ней. — Вашей семье грозит опасность. В основном, конечно, из-за родства с нами, и как бы вы ни отпирались, это вам не поможет.

— Что ты хочешь сказать? — на лошадином лице тети нарисовалось непонимание.

— Я видела, в ваших газетах тоже отписываются о нападениях, пропажах людей, убийствах. Эти случаи так или иначе связаны с миром магии, реже бывает, когда наши преступники просто развлекаются, но…

— Так это дело рук ваших? — свирепо начал дядя Вернон, но Гарри поднял палец, призывая к молчанию, и тут же наступила тишина, как будто дядя Вернон разом онемел.

Они с Дадли только и смотрели на волшебную палочку Сириуса - его собственная была уничтожена в Литтл-Хенглтоне, - которую он довольно расслабленно крутил в пальцах. Укор в глазах мамы, конечно, сдерживал, но Гарри так и подмывало пошутить над ними.

— К сожалению, в волшебном мире сейчас идет война, — грустно сообщила Лили. — На жизни обычной Англии это тоже отразится, и очень скоро. Я пришла попросить вас уехать, ради вашей же безопасности.

— Уехать? — глупо повторила тетя Петунья.

— Ради Дадли.

— Это невозможно. Как Вернону бросить работу, а нам дом? Что скажут соседи?

— Петунья, — Лили схватила ее за руку, из-за чего тетя вздрогнула, но не отодвинулась. Видимо, уловила серьезные нотки в выразительном голосе сестры. — Ты знакома с миром магии ближе, чем Вернон и Дадли, ты можешь понять… опасность, которая поджидает вас. Мой первый муж, отец Гарри, погиб в этой войне. Гарри учится в школе, и в этой школе они с друзьями учат детей воевать! С одиннадцати лет, Петунья! Чтобы с ними не случилось того, что происходит по всей стране с беззащитными.

— Откуда нам знать, что вы не проворачиваете аферу по переписке нашего дома на ваше имя? — подал голос дядя Вернон.

— Откуда? — разозлился Гарри. — Вам уже сказали, что идет война. Она началась в этом году в мире волшебников, и естественно, власти, знающие о нас, не станут это рекламировать, но это факт. Вам мало наших с мамой слов, слов родственников, которые за вас беспокоятся? Включите телевизор, и первые же новости будут о новых пропажах людей, а терроризм или стихийное бедствие — легкая оговорка для простаков. Возьмите газету, которую через полчаса вам привезет почтальон и положит в почтовый ящик, и посмотрите, сколько только за эту неделю без вести пропавших или погибших! Люди исчезают и гибнут, и все это вокруг. Потом будет поздно.

Во время его речи палочка все яростнее крутилась в его пальцах, и Дадли с дядей очень внимательно за ней наблюдали.

— А почему мы? — возмущенно спросила тетя Петунья, наконец, вспомнив, что держится за руки с нелюбимой сестрой.

— Потому что за вас возьмутся, чтобы выпытать, где мы находимся, либо возьмут в заложники, чтобы выманить меня спасать вас.