Совсем недавно, тридцатого июня, в Хогвартсе состоялось прощание и почтение памяти Дамблдора и Гарри Поттера, погибших при схватке с Волан-де-Мортом, но немногим было известно, что один из гробов хоронили пустым. По официальным данным, предоставленным Авроратом, тело Гарри Поттера не было найдено — непонятно, почему Аврорат счел его погибшим. В истории жизни Мальчика-Который-Выжил уже был прецедент, исходя из которого он уже тринадцать лет должен был быть мертвым. Невероятное везение или он все же Избранный?

«Мы ничего не знаем, — сказал нам представитель Отдела Тайн. — Известно только то, что Гарри Поттер применил заклинание ужасной силы, и оно на время лишило его магии и памяти. В больнице провели тщательнейшее обследование и выяснили, что он почти не пострадал. Магия начала восстанавливаться сразу после происшествия, а полное восстановление памяти целители прогнозируют уже к концу лета»

Несмотря на то, что Гарри Поттер уже определенно идет на поправку, Аврорат не торопится официально объявить его живым.

«Не исключена возможность нападения на Мунго, имеющая цель уничтожить Гарри Поттера, — заявил секретарь главы Аврората. — Мы делаем все возможное, чтобы избежать подобной опасности, пока парень слаб»

И уж точно наших репортеров не пустили в больницу, дабы засвидетельствовать для людей факт чудесного воскрешения уже оплаканного Героя. Так правда это или репортерская утка?

Кто знает?

Люди собираются у больницы Святого Мунго и толпами валят внутрь, чтобы узнать правду. Справедливо будет сказать, что в эти дни страхов и тревог на фоне возрождения Того-Кого-Нельзя-Называть народу хочется надеяться, что у них тоже есть Защитник, способный воскреснуть не один раз и стать достойным соперником всеобщему врагу.

Пробираясь к дверям больницы, наш корреспондент услышала такую фразу: «Надежда умирает последней». Эти слова стали девизом нынешнего дня, когда на слуху появилась эта невероятная новость.

Пусть знает тот, кого сторонники именуют Темным Лордом, что наша Надежда жива, она с нами. И она не умрет до самого конца!

Ваш специальный корреспондент Рита Скитер»

— Мистер Малфой! Мистер Малфой! — сквозь толпу к дверям пробился какой-то журналист и остановил почетного гостя больницы. — Что вы скажете в ответ на эту статью? Всем известно, что в Хогвартсе вас часто видят рядом с Поттером. Люди ждут, когда официально объявят о том, что мистер Поттер жив. Это правда?

— Понятия не имею, о чем вы, — Драко поджал губы и опустил взгляд на руку, схваченную журналистом.

— А к кому вы идете?

— Я иду в регистратуру по вызову, — он указал на уродливый манекен.

— Вы не могли бы провести меня с вами? — спросил настырный журналист. — Я вам заплачу.

— Послушайте, мистер, — выходя из себя, гаркнул Драко. — Видать, не просто так Министерство ограничило проход в больницу Святого Мунго. Вы посмотрите, сколько вас здесь собралось — думаете, если вы войдете и начнете по всем палатам искать Поттера, кто-нибудь в Мунго сможет работать? Я пришел на вызов регистратуры и понятия не имею, зачем меня позвали. А теперь будьте любезны отпустить мою руку и встать за ту черту для любопытных.

Журналист недовольно отступил, принявшись что-то чиркать в блокноте, а Драко наконец подошел к манекену.

— Я к Рональду Уизли.

— Проходите! — велел женский голос совсем как в Министерстве.

Пройдя сквозь витрину, Драко очутился в приемном помещении, где на шатких деревянных стульях сидели рядами волшебники и волшебницы; иные, совершенно нормальные с виду, читали старые номера «Магического еженедельника», иные — с неприятными уродствами, вроде слоновьего хобота или лишней руки, торчащей из груди. Здесь едва ли было тише, чем на улице, — многие пациенты издавали очень оригинальные звуки: колдунья с потным лицом, энергично обмахивавшаяся экземпляром «Ежедневного пророка» в середине первого ряда, то и дело давала тонкий свист, причем изо рта у нее шел пар; неопрятный кудесник в углу при каждом движении брякал, как бубенчик, и голова его начинала трястись так, что остановить ее он мог, только схватив себя за уши.

Между рядами сновали волшебники и волшебницы в лимонных халатах, задавали вопросы и делали записи в больших отрывных блокнотах, как у Амбридж. На груди у них Драко увидел вышитую эмблему: скрещенные волшебная палочка и кость.

Драко подошел к столу справочной.

— Гарри Поттер, — волнуясь, произнес он. — Я Драко Малфой.

— Ваше разрешение на посещение, — равнодушно произнесла ведьма и протянула руку.

— Сейчас, — Драко залез рукой во внутренний карман мантии. — Вот. От Аластора Грюма.

— Проходите на пятый этаж, палата номер пять дробь семь имени Даэля Макдауэла.

— Спасибо!

Волнуясь, Драко почти взбежал по длинной мраморной лестнице и к пятому этажу совсем выдохся. Но это было не важно! Он стремительно прошел по коридору, жадно вглядываясь в названия палат, и наконец остановился напротив двери в палату Даэля Макдауэла.

— Ну, входи, чего скребешься, — донесся из-да двери знакомый голос.

Жив-таки! Драко с широкой улыбкой толкнул дверь и вошел. Поттер лежал на койке вполне бодрый и здоровый, только царапина под веком еще не зажила. Рядом на тумбочке стояли различные зелья, цветы в вазе и несколько открыток.