Наблюдая за людьми, идущими по улице, он вдруг увидел рыжую семейку, которые направлялись к означенному универмагу. Хм-м, судя по ним, они в самом деле шли туда. Да и выглядели странно… Одежда на них была не по размеру, а рыжий мужчина, вероятно отец семейства, шел вообще в настоящей мантии, робко подбирая ее руками. Они остановились напротив манекена, затем женщина приблизилась к стеклу и что-то проговорила. Гарри еще поморщился, подумав, какая это нелепость — рассчитывать, что манекен расслышит ее тихий голос сквозь стекло, когда на улице грохочут автобусы и галдит народ. Правда, тут же сообразил, что манекены вообще не слышат. А через секунду разинул рот от изумления: манекен чуть заметно кивнул, поманил суставчатым пальцем, и женщина, схватив под руки двух сыновей-близнецов, вошла прямо в стекло и исчезла.

Гарри подавился воздухом и принялся громко откашливаться. Наверное, его сознание снова шалит… Кажется, странная семейка обратила на него внимание. Он поднял слезящиеся глаза — врач Томсон дал ему завалявшиеся в полке стола очки, не его размера, но если прищуриться, он в них видел, — и увидел девушку, которая оглядывалась по сторонам, пока члены ее семьи проходили сквозь стекло универмага. Гарри оторвался от машины и сделал пару шагов в их сторону, приглядываясь. Внутренности вновь обожгло, особенно в районе груди. Рыжая девушка тоже увидела его и замерла.

— Гарри? — к нему подошли Пандора и мрачный мистер Блэр. — Ты голоден? — она смотрела на листовку с изображениями пиццы.

— Да, — не подумав, сказал Гарри, но тут же исправился, повернувшись к ним. — Извините, мистер Блэр. Не хочу и дальше пользоваться вашим расположением.

— Ерунда, Гарри, — хмуро ответил Ричард, отмахнувшись. — Садись. Видимо, наше совместное времяпровождение подходит к концу, но голодным я тебя не отпущу. Ты мою дочь спас.

— Поехали, Гарри, — Пандора, улыбнувшись, махнула ему на заднее сидение.

Гарри сел в машину и пристегнулся, все еще оглядываясь на странную рыжую девушку. Мысли упорно работали, стремясь найти причину внутреннему беспокойству, а она вдруг сорвалась с места и побежала, что-то крича. Мистер Блэр завел двигатель и резко стронулся с места в расстроенных чувствах после больницы, через минуту машина завернула за угол. Девушка пропала из виду.

Гарри сжал нагрудный карман, в котором хрустнула бумажка с надписью «Лондон».

«Я Гарри. У меня есть невеста. У нас помолвка»

Улицы, проспекты и площади мчались за окнами. Они были уже на другом конце города, когда Гарри вдруг оторвался от спинки и оглянулся в заднее окно.

Он вспомнил ее имя.

***

С самого утра в семье Уизли было оживление — сегодня, наконец, придет в себя младший сын и брат Рональд! Каждый хотел присутствовать при этом моменте, слышать его первые слова, поздороваться в ответ — кроме Джинни. Ее ничего не интересовало.

— Оставьте ее, — сказала за завтраком Молли, грустно глянув на лестницу. Джинни даже не спустилась на завтрак. — Бедная девочка моя.

— В ее возрасте такое психическое состояние не нормально, — с опаской сказал Артур. Он тоже не ел, но по другой причине. Очень нервничал перед походом в больницу Святого Мунго. — Может, показать ее врачам?

— Да, так лучше, — подал голос Чарли, приехавший поддержать семью. Он был в Англии уже неделю вместе с друзьями-драконоборцами. Все они приехали почтить память Дамблдора и Гарри. — Я могу увезти ее в Румынию на два месяца — вдали от знакомых мест проще будет смириться.

— Она отказалась ехать во Францию с Биллом и Флер, — покачала головой миссис Уизли.

— Если все будет идти тем же чередом, Джинни понадобится помощь, мам, — Фред как никогда был серьезен. — Возможно, если с ней поговорить, она одумается.

— Перси, поговоришь с ней? — спросил Артур.

Он почти не спал этой ночью. В Министерстве все еще шли расследования по поводу смерти Дамблдора и Поттера: Отдел Тайн работал круглосуточно и посменно, а Аврорат вообще не распускали; люди спали прямо на рабочих местах — мало кому доставалось счастье ночевать дома. «Ежедневный Пророк», ограничившись парой скорбных статей, забурлил. Отовсюду полезли провидцы, предрекавшие магическому миру крах. Дел было по горло.

— Поговорю потом. — пообещал Перси, откладывая ложку. — Когда мы пойдем в больницу? Меня отпустили совсем ненадолго.

— Сейчас и пойдем, — Молли поднялась с места, и вслед за ней остальные оставили завтрак.

Поднялась легкая суматоха. Фред и Джордж спешно переодевались, Перси и Артур отправились собирать вещи для Рона. Его еще долго не отпустят из Мунго, будут наблюдать за изменениями, но какая-то одежда, учебники и журналы были нужны для занятий в свободное время. Чарли поднялся наверх и постучал в дверь сестры.

— Джин, — позвал он негромко. Ему не ответили, так что Чарли открыл дверь сам. — Джин, я вхожу.

Сестра сидела на кровати, а над ней по кругу двигались огоньки — любимое заклинание Джинни, с детства дававшееся ей особо хорошо. Тихая, невыразимо печальная. Под глазами залегли глубокие тени, скулы стали выраженнее, она осунулась и сильно похудела. И не обратила никакого внимания на брата, который вошел к ней.

— Красиво, — неловко улыбнулся Чарли, сев на кровать рядом с ней. — У тебя всегда были большие способности к магии. Приятно видеть, что ты тренируешься даже вне школы.

Джинни молчала.