Гермиона, чьи колени все еще страдали от тяжести его белобрысой головы, и Невилл с сочувствием на него смотрели. Джинни несколько взволнованно бросила на него взгляд поверх «Ежедневного пророка» и продолжила читать. Впрочем, Гарри не сомневался, что она внимательно прислушивается.

— Надо сделать все, чтобы отсрочить его возвращение, — мрачно произнес Гарри, сев рядом с ней. — Иначе у нас останется слишком мало времени.

— Поздравляю, отличная мысль, — язвительно отозвался Драко. — Но мы этим уже пару лет серьезно занимаемся, если ты не заметил. А планируем еще дольше.

— Поторопимся, значит.

— Гарри, тебе надо успокоиться, — с заботой и тревогой молвила Гермиона. — С тех пор как приснился первый сон ты почти не спишь. Воспользуйся окклюменцией…

Она и в прошлой жизни ругала его за это, но доводы у Гарри остались все те же.

— Я перестану узнавать, где он и что делает.

— Он может попытаться проникнуть в твой разум и использовать тебя в своих целях, как ты рассказывал… — поддержал ее Невилл.

— Прикосновение к моей душе вызовет у него боль, ведь у меня целая душа в отличие от него.

— Уверен? — скептически поинтересовался Драко. — Так могло быть там, где ты не убивал никого, кроме комаров и василиска, но твоя душа живет в юном теле, и это душа опытного волшебника, Поттер. Ты не очистил ее, переродившись здесь. Ты убивал — меньше, чем он, да! — но не нам с тобой говорить о чистоте души. Гермиона дело говорит. Воспользуйся окклюменцией, Поттер.

Чувствуя приближение очередной вспышки гнева, Гарри понял, что от него не отстанут и все же настроился на нужный щит. Представил волнующуюся морскую поверхность, которая, если кто коснется воды, начнет жечь наглую руку. И стало легче.

Драко кивнул, и на лице Гермионы появилось облегчение, впрочем, как и у него самого.

***

Большой зал был, как всегда, великолепен и подготовлен для традиционного банкета по случаю начала семестра. Золотые кубки и тарелки мерцали в свете тысяч свечей, плавающих в воздухе над приборами. За четырьмя длинными столами факультетов расселись студенты, оживленно переговариваясь; на возвышении, по одну сторону пятого стола, лицом к ученикам, сидели преподаватели. Здесь, в зале, было гораздо теплее. Пройдя мимо старших курсов Слизерина, друзья уселись вместе с остальными на новые места — для четвертых курсов, — рядом с Кровавым Бароном. Он, жемчужно-белый и полупрозрачный, сегодня вечером был одет в свой обычный камзол, обагренный кровью, но зато с необъятных размеров плоеным воротником, служившим праздничным украшением.

Распределение первокурсников по факультетам проводилось в начале каждого учебного года. Гарри посмотрел на преподавательский стол. Кажется, там было намного больше пустых мест, чем обычно. Хагрид, ясное дело, вместе с первокурсниками сейчас боролся со штормом на пути через озеро; профессор МакГонагалл, по всей вероятности, руководила уборкой в холле — но еще одно свободное кресло указывало на отсутствие преподавателя по Защите от Темных Искусств.

— Сириуса нет, — шепнул он обеспокоенно.

— Не торопился бы ты так, — вздохнул притворно Драко. — Знаешь, какое это непростое дело — одолеть его в бою в Запретном Лесу, нарвать волос с обездвиженного, но очень злого тела, приготовить запас на вечер и прийти на праздник в приемлемом виде? Да его медалью можно наградить за безупречный замысел.

Для Крэбба и Гойла они, конечно, говорили о Крауче, как о безликом человеке, но им казалось, что речь о Сириусе. Справа от Гарри по привычке сел Невилл, а рядом с ним Паркинсон — за лето она вытянулась и оформилась со всех сторон. Волосы, прежде жиденькие и постриженные коротко, теперь красивыми локонами спускались до самого пояса; глаза были подведены, губы накрашены прозрачным блеском. Всем хороша.

— Здравствуй, Драко, — поздоровалась она. — Гермиона, как прошли каникулы?

— Хорошо, спасибо, Пэнси, — вежливо ответила Гермиона. Она единственная среди девочек их потока не участвовала в девчачьих посиделках и была всегда вдали от их компаний. — Ты как? Была на Чемпионате?

— Конечно, — Пэнси очаровательно улыбнулась и стрельнула глазками в Драко. — Мои родители вас нашли, но я в это время была с подругами у палаток болгар, хотела увидеть Крама… Ну, вы знаете. Гарри, а твои дела как? Слышала, Булстроуды послали твоим родителям письмо с предложением о помолвке?

— Послали, — ответил Гарри. — Только зря, — Милисента, сидевшая рядом с Пэнси, обиженно поджала губы. — У меня уже есть невеста, но мы пока не оглашаем это.

Этим он собирался убить двух зайцев: к нему перестали бы приставать другие девчонки, и маме больше никто не пришлет писем с таким содержимым.