— В свое время этот человек тоже учился на Слизерине, — Драко бросил на него настороженный взгляд, но Гарри знал цену информации. Ребята затихли, исподтишка поглядывая друг на друга. — Просто однажды он принял не ту сторону и стал преступником.

— Ну, ты ему надрал задницу? — полюбопытствовал Флинт. — Уверен, это так…

— Маркус. — Гарри покачал головой. Он был абсолютно серьезен и смотрел на слизеринцев сейчас, как на детей Пожирателей Смерти. Так не хотелось бы, чтобы однажды хоть кто-то из этих хороших ребят встал против него. — Столкнуться с этим в реальной жизни совсем не то, что в школе. Здесь вы можете совершить ошибку и тут же исправить ее. А там вы или ваш друг, член вашей семьи или любой дорогой вам человек расплатится за нее жизнью. Когда в футе от тебя пролетает Смертельное заклинание или когда твой друг умирает у тебя на глазах… а ты ничем не можешь ему помочь! — вы не знаете, что это. И ваше счастье, если никогда не узнаете.

В гостиной повисла ненадолго тишина.

— Он был из тех, кого зовут Пожирателями Смерти? — тихо спросил Майкл, и атмосфера вокруг сразу изменилась, точно невидимая рука поделила ребят на две стороны: детей тех, кого назвал староста, и тех, кто только слышал о них.

— Да, — твердо ответил Гарри.

— Из тех, кто сбежал из Азкабана? — прикрыла рот ладонями Миранда.

— Ребята, просто… — Гарри устало потер переносицу. Над этими словами он размышлял целую неделю в Больничном Крыле. — Скоро может случиться так, что каждому из нас придется выбрать сторону, — он говорил тихо, но его слышали везде. От былых восторгов не осталось и следа. — Много дурных знаков было и есть. От этого будет зависеть ваше будущее, будущее ваших детей и целой страны. Всего магического мира. И главное — это не следовать за другими, а решать, чем живете вы сами. Сможете ли вы спокойно смотреть, как на ваших глазах убивают ваших друзей? Родители, близкие, друзья… могут пойти в одну сторону. Но каждому человеку судья — его собственная совесть. Пусть об этом подумает каждый.

У него не было уверенности, но когда ребята стали расходиться, у некоторых детей оправданных Пожирателей Смерти застыло на лице задумчивое выражение.

Когда Гарри появился на обеде и прошел на свое место, около них возбужденно собрались старшекурсники с других факультетов, вернувшиеся с отборочных туров в Аврорате.

— Гарри, — важно выступил от лица всех Перси. — Мы хотим поблагодарить тебя, что ты в нас поверил и заставил нас поверить в самих себя. Я не прошел отборочный тур, но теперь знаю, что значит быть уверенным в себе.

Ему зааплодировали.

Из той дюжины ребят, которую он привел в Аврорат, испытания не прошли всего трое: Перси, Седрик и Чжоу Чанг. Но Перси изначально не собирался идти в Аврорат, поэтому не сильно расстроился. А Седрик и Чжоу были на шестом и пятом курсах, поэтому знать защиту от всех чар, которым их подвергнут авроры, они не могли. Но высказались, что им понравилось в Академии, и выказали надежду, что им обоим удастся попасть туда в следующем году.

Тем временем наступал день Святого Валентина, и Гарри был уверен, что чем дальше, тем с большим размахом его отмечают в Хогвартсе. Повсюду творилось безумие: девочки щебетали о подарках, которые ожидают от своих вторых половинок, свободные мерились количеством валентинок, которые им должны вот-вот прийти, занятые отчаянно кокетничали с другими парнями. Негласно между парнями проводились те же соревнования. Большой Зал был украшен проще, чем в прошлом году с подачи Локонса; нашествия гномов не наблюдалось, однако их с Драко дамы ждали от них каких-то подарков.

— Я думаю подарить ей восемнадцать лучших роз, — поделился Драко, когда Гарри задумал спросить у него об идеях подарков. — Думал сделать подарок более серьезным, раз у нас такой ответственный возраст, но решил, что она не оценит.

— Это какой? — озадачился Гарри. — Серьезный — это нижнее белье…

— Ага, — с сарказмом фыркнул друг. — Я бы, конечно, не отказался, но в этом вопросе у меня строгое воспитание, так что до семнадцати…

— Хочешь сказать, что ты окончил школу девственником? — Гарри и Невилл подавили смех за кашлем. — Не смеши мои лаковые туфли…

— Много ты понимаешь, — обиделся Драко и добавил еще нелицеприятное слово, отчего друзьям стало еще смешнее. — А подарить я хотел символический букет с красными розами и одной искусственной. Сказать, мол, пока последняя не завянет, любить тебя буду. Но рано. А ты дари Джиневре свое белье, посмотрим, что она скажет. А ты, Невилл, посмотрим, кем будешь на седьмом курсе!

— Мне-то что, мне некуда торопиться, — пожал плечами Невилл и снова хмыкнул.

— Спасибо за совет, — ухмыльнулся Гарри.