– Я уж подумала, ты на коляске сюда добираться решил! – Весело подначила я, чмокнув усмехнувшегося парня в щеку.

В этот же момент откуда-то из-за бара вырулил Макс и бегом направился к нам. Обменявшись с Принцем замудреным рукопожатием, он принялся скакать вокруг него, с задором рассказывая, что успел натворить за этот день.

– А где Викки? – спросила я, выглядывая в открытую дверь, когда Макс наконец выговорился.

Принц как-то странно посмотрел на меня.

– Викки? – растерянно повторил он.

Все мое веселье резко съехало, когда где-то внутри пронеслись отголоски тревоги.

– Элия, ты разве не знаешь? – спросил он серьезным тоном.

– Чего не знаю? – настороженно отозвалась я.

– Я думал, она сказала тебе… – задумчиво перевел он взгляд в пространство. – Должна была сказать! Видимо, не хотела сегодня расстраивать…

– О чем ты говоришь, Принц?! – потребовала я, повысив тон.

– Мы расстались, Элия, – сообщил он, взглянув мне в глаза. – А еще… она уволилась из клиники, продала дом и на днях должна уехать в… Ау-у-у!

Резко повернувшись корпусом, Принц прикрыл свою голову, по которой только что отхватил подзатыльник.

– Очень смешно! – недовольно заметила Вик, строго покосившись на горе-любимого.

Я закатила глаза и раздраженно покачала головой, давясь приступом стыда за свою наивность. И ведь поверила же! Подруга тем временем обошла мужа, ловко лавируя своим округлившимся животиком, и чмокнула меня в щеку.

– Привет, детка!

– Привет… – отозвалась я, не сводя укоризненного взгляда с Принца, который с трудом сдерживал смех и, морщась, потирал затылок.

– Повезло тебе, что у меня руки заняты! – зло пробубнила я, покосившись на Кристиана, который в этот момент показательно икнул.

Принц загоготал, уже не стесняясь, но Викки быстро заставила его притихнуть одним взглядом.

– А ты чего тут расселся? – вкрадчиво поинтересовалась она, уверенно потянувшись к трости, прикрепленной к задней части коляски.

Сунув ее в руки Принца, она дождалась, пока он встанет и доковыляет до ближайшего барного стула. Я задумчиво вздохнула, наблюдая за этим, и тихо заметила:

– Что бы он без тебя делал?..

– Да ничего, – уверенно отозвалась она. – Валялся бы в постельке, дожидаясь, пока ноги сами пойдут!

Мы переглянулись, и я участливо покачала головой. Моя душа искренне ликовала за счастье этих обоих. Вспоминая бесконечные дни переживаний за Принца, который слишком долго находился на грани жизни и смерти, я не уставала благодарить Бога за то, что вижу сейчас. За то чудо, которое лично я увидела в лице Вик – верной, преданной и любящей девушки. Его бы, конечно, никто не оставил, но только она могла его поднять!

Принц сделал ей предложение, когда впервые смог встать. Собравшись на их первой годовщине отношений, мы все с замиранием сердца наблюдали, как, превозмогая боль, он встал на ноги и, с невероятными усилиями опустившись на колено, попросил ее стать его женой.

Это было так трогательно, что я не смогла сдержать слез. Викки тоже плакала. Хотя я думаю, для нее важнее было видеть, спустя тяжелейшие курсы реабилитации, этот результат. Они оба наравне трудились над этим, и они оба заслужили это счастье в лице друг друга.

Неожиданный рокот вырвал меня из мыслей, заставляя напряженно прислушаться. Когда я поняла, что мне не показалось – нервная дрожь пронеслась по телу, и на ватных ногах я поспешила на улицу.

Следом за мной из клуба потянулись все. Замерев под навесом и прикусив от волнения губу, я наблюдала, как на территорию въехала колонна байков, сверкающая хромированными деталями на щедром солнце. Отовсюду начали доноситься приветственные возгласы и свист. Пребывая в глубоком напряжении, я вздрогнула, почувствовала на своих плечах чьи-то руки и, повернув голову, встретилась глазами с Брендой. Наши лица светились от радости, а глаза одновременно устремились на паркующихся байкеров.

Как только я нашла своего мужчину взглядом, в груди гулко забилось сердце, а тело захватила волна мощной эйфории. Даже не верилось, что этот день наступил! День, когда я увижу мужа здесь, не среди серых стен в оранжевой форме заключенного, а в привычной одежде, так четко отражающей приобретенную свободу.

Я смотрела на своего мужественного Абеля с поволокой восхищения. Слишком редки и краткосрочны были наши встречи, чтобы я успела налюбоваться им. Такой воинственный, крепкий, статный… Его волосы теперь были коротко острижены, но это, казалось, сделало его еще более привлекательным. Излучая уверенность и довольство, он поочередно попадал из одних рукопожатий и объятий в другие. Все были рады ему, ведь истинный хозяин вернулся домой!