– Я не смог выйти из этой рулетки, Элия! Я очень хотел, клянусь, и не смог… Но ты можешь! – внушал он, чеканя каждое слово и пристально глядя мне в глаза. – И если ты действительно любишь меня, ты сделаешь это. И я буду спокоен, поверь мне! Я буду счастлив только тогда, когда буду знать, что ты и мой сын будете жить другой жизнью!

Я сглотнула горечь во рту, застеленным слезами взглядом глядя на мужа.

– Я беременна, Абель… – произнесла я на одном дыхании.

В воздухе повисла звенящая тишина.

Он застыл. Немного отстранился, а его напряженный взгляд опустился на мой живот. Когда он снова вернулся к моему лицу, я холодно покачала головой.

В этот раз я свободно отошла от мужа.

– Господи, Элия… – с трудом произнес он, пока его лицо отражало ряд тяжелых эмоций. – Это… правда?

– Я исполню твое желание, Абель! – заверила я, медленно отходя к двери и не давая ему времени опомниться. – По крайней мере я очень постараюсь… Но ты должен знать! Если я не увижу в этом смысл… мне будет плевать на обстоятельства! Как и всегда было плевать, потому что я выбрала тебя, и я выбрала эту рулетку! А потому… только гребаная смерть в силах разлучить нас.

Ему не понравились мои слова… Очень не понравились, это я прочитала по предостерегающему выражению лица мужа, который медленно выпрямился, настороженно глядя на меня. Кажется, каждый мускул его тела напрягся, ведь он видел стальную решимость в моих глазах!

Именно на этом моменте за спиной раздался резкий скрежет засова. Абель ничего не стал мне говорить напоследок, но главное, я увидела то, что наконец принесло моей душе пусть и призрачное, но долгожданное облегчение. В его глазах я увидела огонь! Я не дала ему возможности сдаться, подстегнула, чтобы он не смел ставить крест в этих хлестких, неподъемных обстоятельствах, а вставал с колен и начинал видеть другие пути. Уже не только ради меня и сына, но ради возможности, с которой ярким пламенем вспыхнула надежда. Надежда на будущее и ради нее, я знала, ради нее он может не просто горы свернуть…

Он пойдет на все.

Глава 25

Пропуская под колесами асфальт, я рассеянно следила за дорогой, справляясь с щемящей и разносящей все внутри меня болью в груди. В салоне то и дело раздавались мои всхлипы и сдавленный вой. Только это был вой не сожалений или жалости. Это была злость! Злость и обида на весь мир за то, что произошло и за то, что происходит!

Я упорно сопротивлялась. Понимала, что Абель прав, тысячу раз прав во всем! Понимала, что его слова и его мнение так или иначе оставят отпечаток на моем сознании. Так или иначе будут давить на меня, когда я буду принимать какое-либо решение. Но куда деть эту всепоглощающую любовь, которая, кажется, просто убивает меня изнутри? Это стремление во чтобы то ни стало вырвать у судьбы наше с ним счастье?

Боже, неужели мы не заслужили этого?..

Мы же просто хотели, чтобы все было хорошо. Стремились к этому: жить по-человечески, не дробить свою душу тяжкими грехами, но творить лучшее и искупающее эти грехи.

Но уже создается такое нездоровое чувство, что чем больше мы старались, тем больше сам дьявол ополчался против нас. Как будто нельзя так просто уйти от него, выйти из-под его руки влияния – раз и навсегда.

Я понимала, что мои мысли переходят грань истерики. Рано или поздно мне придется взять себя в руки, все взвесить и принять единственно верное решение. Хотя никогда в моей жизни не было черного или белого. Не было единственного и правильного.

От того, наверное, и все мои проблемы. И все то, что я имею!

Остановившись на светофоре, мельком взглянула в зеркало и замерла. Замерла, увидев свое разбитое и раздавленное отражение. И теперь разозлилась на себя!

Соберись, Элия! Соберись, черт возьми!

Нервно вытерла слезы и, положив руку на живот, виновато выдавила:

– Прости меня… Мама что-то совсем расклеилась! – сделала глубокий вдох и тронулась с места. – Не знаю, кто ты – мальчик или девочка… но уверена, ты слышишь меня! Ну, или по крайне мере – чувствуешь. Уж мне ли не знать? – С губ сорвалась грустная усмешка. – Я же долбаный врач.

Выпрямилась на сидении и, прицельно оглядев дорогу, повернула на ближайшем перекресте в нужном направлении. Как ни странно, мысль о маленькой жизни в моем животе хорошо отрезвила и быстро отсеяла все, что блуждало липким, колючим сгустком внутри.

Слишком много страхов таилось во мне, вокруг этой жизни. И именно сейчас они не позволят мне забыться!

– Так вот слушай, мой маленький, – произнесла я с решимостью в голосе. – Мама все уладит, даже не сомневайся! И когда ты появишься на этот свет, все уже будет хорошо. Я позабочусь об этом!

Заряженная вдохновляющими мыслями, я вдруг четко осознала, что уже приняла решение. Все это время оно томилось в моей душе, точно ждало своего часа. Ждало, когда я созрею и буду готова именно для него. И мне бы прямо сейчас ехать в Финикс, следуя выбранному пути, но в этом городе у меня остался один нерешенный должок. Который нельзя откладывать.

* * *