Я спустилась со стула и присела на корточки ближе к Максу.

– Он задел то, что очень тревожит тебя, но ты не должен сомневаться! Да, папы нет рядом, но он так же безумно любит и переживает за тебя.

– Почему тогда он не приезжает? – задал резонный вопрос Макс.

Я не решилась что-либо ответить на этот вопрос. Приглаживая детские пальчики, я опустила взгляд и задумчиво произнесла:

– Знаешь, а я ведь собираюсь поехать и поторопить его!

– Правда? – встрепенулся Макс и, увидев мою подтверждающую улыбку, даже заметно ожил.

– Только мне нужно, чтобы ты побыл здесь за главного!

Личико сына тут же скисло, и я взяла его в руки, чтобы он смотрел на меня.

– У нас с тобой сейчас не самое легкое время… Но ты должен знать, что без тебя я бы со всем этим не справилась! – Мой голос звучал серьезно. – Мне нужна твоя помощь, Макс.

Он нахмурился. Я не знала, чего ждать, милости или казни от сына. Но верила, что он почувствует мою искренность, и это заставит его взглянуть по-другому на все, что происходит.

– Хорошо, – неожиданно произнес он, положив ладошку на мою щеку. – Я побуду за главного. Буду помогать и вести себя как взрослый!

Я тихо засмеялась.

– Мой герой, – ласково произнесла я и, притянув к себе сына, шепнула в маленькое ушко. – Побудь еще немножечко ребенком, ладно?

Глава 24

Казалось бы, все складывалось удачно. Макс был морально готов к моему отъезду. Клэр без лишних слов согласилась присмотреть за ним. Да только я не приняла в расчет непоколебимое мнение своего брата.

– Ты в своем уме? – сокрушался он, после того как я попросила его машину.

– Да, абсолютно, – спокойно отвечала я, умалчивая о том, что все вспомнила.

Да, честно говоря, и возможности не выдалось сообщить эту светлую новость. Стоило мне заговорить о своем решении ехать в Стоктон, как беспощадный гнев Алекса обрушился на мою голову. Однако в какой-то момент нашей продолжительной стычки он все же задержал на мне подозрительный взгляд.

– Ты какая-то другая, – вкрадчивым тоном заметил он.

Я лишь молча отвела взгляд.

– О, отлично! – вскинулся он. – Теперь-то мне все ясно. Значит, вспомнила все, а теперь рвешься туда мир спасать?!

Я задержала на брате подозрительный взгляд.

– Похоже, вы успели хорошо сговориться! – Холодно заметила я.

Алекс нервно потупился и буркнул:

– Не нужно много ума, чтобы понять, насколько там все паршиво, что он даже меня вмешал сюда!

Я осуждающе покачала головой, а брат с виноватым лицом двинулся ко мне.

– Ну, скажи, зачем ты туда едешь? – более уступчиво спросил он. – Что ты сможешь там сделать? Еще и беременная…

Я впилась в него колким взглядом.

– Я понимаю тебя, Алекс, – ровным тоном произнесла я. – На самом деле все прекрасно понимаю! Но рано или поздно тебе придется смириться, что это мой выбор, или… окончательно выкинуть меня из своей жизни!

В глазах брата отразилась боль, и я почти возненавидела себя за это. За свою страсть, которой не могу управлять и на которую никто не в силах повлиять.

– Делай что хочешь, – холодно выдавил он, впившись в меня взглядом. – Но я не буду помогать тебя рушить свою жизнь!

С этими словами он обогнул меня и вышел из кухни. В моих глазах блеснули слезы, но я сдержала их, понимая, что эта боль со мной уже почти пять лет. И я уже привыкла к ней.

Я не могла уснуть очень долго. Все прикидывала в голове, как лучше добраться до Стоктона – на арендованной машине или на экспрессе? В этом рое неспокойных мыслей меня и унесло в тяжелый сон.

* * *

Пропуская бешеные удары сердца, я сонно оглядывалась в темноте комнаты, пытаясь понять, что меня разбудило. Дребезжащий смартфон был накрыт блокнотом и оттого издавал жуткие звуки.

Тревога пронеслась внутри липкой волной. Если кто-то звонил в такое время – это явно не к добру! Когда я, щурясь от света, взглянула на дисплей – не могла поверить своим глазам…

Это был номер Вик.

– Алло! – произнесла я настороженно, чувствуя, как холодеют пальцы от волнения.

– Привет, Эл, – прошуршал женский голос в динамике.

И мне он сразу не понравился. Какой-то натянутый, подавленный, тихий.

– Прости, я разбудила тебя…

– Господи, Викки! – гневно перебила я, вскочив с кровати и нащупывая включатель настольной лампы. – Какого черта происходит?! Что это еще за игра в молчанку?!

Я была жесткой. Как никогда прежде, и она не могла этого не заметить.

– Прости, Элия, – искренне произнесла подруга, а внутри меня иголками раскатилась волна тревоги. – Я не хотела пугать тебя! Все как-то резко происходит теперь, каждый день…

Я почти перестала дышать, так это двояко прозвучало: не хотела пугать…

Не хотела пугать своим молчанием? Или не хотела пугать тем, что там теперь творится?

– Прости, я… я просто больше не могу так! Не могу одна переживать это! – голос Вик сорвался, а внутри меня все стянулось в тугой узел.