— Абсолютно. Потому что пока ты жалкая гуппи и ни одну серьезную рыбу на собственном пути сожрать не сможешь. Так что отращивай зубки, дочка. И становись акулой. В нашем мире иначе не выжить. Это я тебе, как бывалый абориген, говорю.

И весело рассмеялся...

Глава 17.1

Марьяна

Что ж.

Я с этим человеком даже спорить не стала. Но громкость его голоса в своей голове прикрутила на минимум. Пусть треплется. Мне не жалко. Во-первых, потому, что лучше я буду гуппи, чем эталонным представителем его мира бездушных дельцов. А во-вторых, потому, что я не чувствовала никакого родственного притяжения к этому чужому мне мужику.

Я здесь, рядом с ним, была лишь по одной причине — маму обижать не хотела.

И пока мой, с позволения сказать, папаша, жарил шашлык, попутно распекаясь о том, что он уже жизнью научен, троих детей упустил, но со мной той же ошибки не совершит, а потому я (внимание!) благодаря ему стану его радостью, гордостью и надеждой.

Я же лишь пожала плечами, а затем достала свой телефон и занялась более интересными делами. Вот, к примеру, мне уже целую простыню накатала Любопытная Варвара, в миру Юлька Сафонова, требуя рассказать, что было в подсобке и осталась ли я жива после стычки с Толмачевой.

Юля: «Марьяна, я волнуюсь за тебя! Не молчи!»

Я: «Отставить тревогу. Со мной все в порядке».

Юля: «Рассказывай!»

Ну я и не стала особенно ходить вокруг да около. Написала, как есть. Мол, Лола узнала, что просто так поколотить меня не выйдет, а потому решила зайти с другой стороны и качественно просветила меня насчет своего будущего муженька. И вообще, она вовсе не агрессор, а почти альтруистка, потому что не со зла всех постельных грелок Царенова кошмарила. А просто из чувства женской солидарности беспокоилась о бедных и несчастных девочках, что их поматросят и жестоко бросят.

Юля: «А у тебя реально черный пояс по карате, что ли?»

Я: «Реально».

Юля: «Могла бы и сказать. Тогда бы я не сгрызла на нервяке свои ногти по самые локти».

Я: «Прости. Нет привычки хвастаться».

Юля: «Допустим. Ну и на чем вы закончили разбор полетов?»

Я: «Мне посоветовали перевестись в другую школу».

Юля: «Почему?»

Я: «Царенов сказал, что мне придется, либо заводить тридцать три кошки, дабы скрасить свою одинокую старость, либо потешить его эго и все-таки снизойти до статуса подстилки. Третьего не дано».

Юля: «Вполне себе может быть. До пенсии, конечно — это сильно. Но устроить тебе ад чисто из принципа — это он запросто. У них там вся компашка капитально отмороженная. Чего только Беня стоит? А Асхадов? А еще я слышала, что у них есть друг, который так избил свою девушку, что она попала в больницу».

Я: «Он учится в нашей гимназии?»

Юля: «Нет. Но мажорская тусовка-то одна».

Я: «Ладно. И что Царенов может мне сделать?»

Я прикусила подушечку большого пальца, чувствуя, как моментально изнутри покрываюсь знакомой до оскомины коркой льда. А еще у меня засосало под ложечкой и заныло где-то за ребрами. Просто потому, что не хотелось мне верить в то, что тот самый парень, который так жарко и с запоем целовал меня в душе, опустится до откровенной низости.

Воевать с девчонкой — это же просто дно!

Юля: «Ну а ты сама, как думаешь? Если Каха не брезгует свою невесту на потеху всей гимназии в грязь макать, изменяя ей направо и налево, то, что, по-твоему, он может сделать с какой-то там проходной новенькой? Да все что угодно, Марьяна!»

Я: «Травля?»

Юля: «Ну, это базовый минимум».

Я: «Ясно...»

Юля: «Я бы на твоем месте реально свалила бы в другую школу и доучилась бы там спокойно».

Я: «Не выйдет. Предки не разделяют мои опасения насчет всей этой ситуации».

Юля: «Тогда приготовься. Толмачева тебя больше не тронет — это факт. Куда ей против каратистки тягаться. Сломаешь еще ее идеальный нос. А вот Царенов? Я бы так на его счет уверена не была. Он твоим черным поясом просто подотрется. Он же мастер спорта по вольной борьбе. Ну и раз ты говоришь, что он по жести писанулся перед тобой, то точно уже просто так не сольется».

Я: «Уже были какие-то прецеденты раньше?»

Юля: «Марьяна, алло! Это же Каха Царенов! Ему до тебя никто и не отказывал».

Я: «Боже, кажется, я его ненавижу! Хотя нет. Не кажется! Все так и есть».

Юля: «Вопрос только в том, насколько далеко все может зайти».

Я: «Что ты имеешь в виду?»

Юля: «Что у него есть на тебя, Марьяна? Если ты просто мирный житель, то ок — Царь сделает из тебя персону нон грата и на том успокоиться. Но если есть тема, которую он сможет против тебя эксплуатировать, то это уже будет совсем невесело. Ты понимаешь, о чем я? Ты говорила, что сменила уже четвертую школу. Из-за чего? Просто из-за буллинга или есть какая-то более веская причина?»

Есть...