— Я боюсь потерять тебя. Вдруг он…поднимет на тебя руку, и никто не сможет защитить тебя? — тревога в её глазах приятно греет сердце. Даже дышать легче от осознания того, что люди, которых я защищаю, стоят любых, даже самых безумных усилий.

— Ты не потеряешь меня. Это временно. Нужно держать друзей близко, а врагов еще ближе, верно? — мой голос звучит беззаботно, и на мгновение я сама готова поверить в собственную ложь.

Вот только у меня не осталось никаких запасных вариантов. Мне нечем защищаться, в то время как у Эрнеста предостаточно рычагов давления.

Я чувствую вибрацию телефона, лежащего в кармане, и тихо говорю сестре:

— Иди завтракать. Всё будет хорошо. Я в порядке, тебе не нужно переживать обо мне.

Клара недоверчиво качает головой и уходит, оставив дверь приоткрытой.

Я достаю телефон. Экран ярко загорается, позволяя прочесть сообщение:

«Я возле твоего дома. Можешь ничего не брать с собой — платье я уже выбрал, как и наши кольца. Не заставляй меня ждать, любимая невеста».

Сердце пропускает несколько ударов. Я оборачиваюсь, на всякий случай прислушиваясь к разговорам на кухне, и печатаю ответ:

«Сейчас выйду».

Глава 14. Ты сама меня захочешь

Жизнь всегда очень крута на поворотах. Она может предоставить спокойное существование на долгие годы, а может отыграться с такой отдачей, что перед глазами всё будет кружиться от нескончаемых событий, ввергающих в пучину сумасшествия.

Я чувствую себя так, словно меня несколько раз прокрутили в мясорубке. Изощренная пытка не заканчивается. Это только начало, покрытое плотной мглой и полное непредсказуемыми поворотами судьбы.

Скомканно прощаюсь с мамой, впервые радуясь тому, что папа до сих пор спит. Врать ему гораздо сложнее. Он всегда видел меня насквозь и легко бы понял, что я недостаточно честна с ним. Осторожно беру документы и кладу их в сумку, с ужасом представляя, что скоро в моем паспорте будет печать о замужестве.

Подхожу к Кларе и крепко прижимаю её к себе. Всё выглядит так, словно я просто ухожу на работу. Обычные будни — ничего странного. Лишь мы с сестрой понимаем, что я могу не вернуться. К сожалению, у меня нет никакой уверенности в том, что Мальдини позволит мне навестить семью. В ближайшее время — точно нет.

Да и я не хочу попусту рисковать. Пока я рядом с ним, у меня появляется мизерный шанс на контроль того, что он делает. Стоит мне отдалиться, как я тут же начинаю вздрагивать от любых звонков, опасаясь, что он заявится прямо ко мне домой.

Оттягивая неизбежное, я лишь усложняю ситуацию. У меня есть возможность лично рассказать родителям о предстоящем браке, но, увы, они узнают обо всём из других источников. Позднее я пойму, что доверие не восстанавливается за секунды и даже за месяцы. Оно без срока годности лишь до тех пор, пока не появится первая трещина в отношениях.

И я собственными руками опускаю кувалду на хрупкие нити любви, не подлежащие сомнению.

Глаза Клары наполнены горем и отрешенностью. Я касаюсь её волос и успокаивающе шепчу:

— Мышонок, проследи за мамой и папой, хорошо? — сестра неуверенно кивает, и я благодарна ей за молчание.

Пусть всё идет своим ходом. Мальдини и так уже заждался.

Накидываю плащ, несмотря на то, что на улице крайне жарко, и выхожу из дома. Ощущение закрытой кожи, до которой он не сможет добраться, придаёт сил и уверенности.

Нервно одергиваю себя: «Прекрати трястись. С его связями и деньгами мог бы уже сто раз тобой воспользоваться и грязно послать, если бы захотел. Выйти замуж за Мальдини — еще не самый худший приговор».

В этот раз машина стоит прямо возле нашего дома. Эрнест словно специально хочет выбить меня из колеи. Заставляет нервничать и еще сильнее напрягаться.

Водитель вежливо здоровается со мной и открывает заднюю дверь. Салон пропитан каким-то свежим ароматом, приятно бодрящим после бессонной ночи. Я замечаю шикарный букет в руках Мальдини и вздрагиваю, когда мужчина кладет ладонь на мою коленку.

Вздергиваю подбородок и резко спрашиваю:

— Зачем фикцию превращать во что-то реальное? Мы же оба знаем, что наш брак — простая сделка.

— Говори за себя. Лично я планирую сделать тебя самой счастливой женой на планете, — его лицо светится, улыбка не сходит с вечно насмешливых губ.

— Это невозможно. Даже птица, заключенная в клетку и лишенная возможности свободно парить в небе, будет изнывать от смертельной тоски.

— Я не собираюсь запирать тебя дома. Наоборот — хочу показать всему миру, какой ценный приз я заполучил, — тянется ко мне, обжигая горячим дыханием шею.

Я отстраняюсь и холодно спрашиваю:

— А ты не боишься, что я воспользуюсь тобой и при разводе заберу часть твоего состояния? — пытаюсь сбить с него спесь, но мужчине все нипочем.

Мальдини разражается гортанным смехом, скользит ладонью по моим волосам и хрипло шепчет:

— Я с удовольствием посмотрю на твои попытки развестись со мной.