Я ныряю в толпу, мелькаю между плечами, запахами духов и табака. Краем глаза замечаю, как одна девушка в длинном платье цвета охры о чем-то оживленно спорит с мужчиной в белой рубашке. Другой мужчина, лысый и коренастый, рассматривает капот старого «Мерседеса» с таким видом, будто оценивает женщину. Нормальная жизнь. Обычные люди. А у меня внутри все кипит от негодования.

Нужно выдохнуть.

Я замечаю официанта с подносом, беру новый бокал, делаю глоток. Шампанское уже не кажется таким приятным, язык будто онемел после вторжения Марка. Надо с кем-то заговорить. Отвлечься. Перестать об этом думать.

Рядом, у края ограждения, стоит женщина. Лет сорока, русые волосы собраны в небрежный пучок, на плечи накинут палантин. Она смотрит на барханы, которые в свете прожекторов кажутся декорациями к фильму.

— Красиво, правда? — говорю я, подходя.

Она оборачивается. Лицо приятное, уставшее. Улыбается краешками губ.

— Очень. Я тут уже второй раз, и каждый раз как в первый. Особая атмосфера.

— А я в первый. И, кажется, последний, — вырывается у меня, и я тут же жалею. Не хватало еще жаловаться незнакомому человеку.

Женщина смотрит внимательно.

— Почему?

— Песка много, — пытаюсь отшутиться.

— Пустыня... место странное. Кого-то затягивает, кого-то нет. Тебе, значит, не подходит.

Ее окликает какой-то мужчина. Она отворачивается, допивает бокал и уходит в толпу, оставляя меня с этой фразой. Затягивает, да? Точно не меня. Хотя, безусловно, тут необычно и красиво.

Я делаю еще глоток и понимаю, что шампанское закончилось. Ставлю бокал на чей-то столик, иду дальше, рассматривая машины, которые завтра будут участвовать в заезде. Или нет? Эти экземпляры вообще поедут?

Свет постепенно блекнет, за машинами уже стоят шатры. Техническая зона. Пахнет бензином и нагретым металлом. Здесь почти никого. Только пара мужчин в униформе курят у белого фургона. Больше ничего интересного.

Я наблюдаю за ними, не желая возвращаться к Марку. Ну и какой теперь план, Лера? Куда вдруг делся твой запал вызвать у мужчины интерес и выведать нужную информацию?

Дурацкий Гринсбург. Сбил весь настрой. Но он прав в одном: я рискую. И не только собой.

Сейчас бы горячую ванну. Или хотя бы нормальный душ. И желательно не из песка.

Бью носком кроссовка по шине ближайшей машины, тихо ругаясь на русском.

— Ты часто разговариваешь сама с собой?

Слышу позади низкий голос с хрипотцой. И вздрагиваю.

Резко оборачиваюсь.

Ясин стоит в двух шагах. Как он подошел — не слышала. В полумраке его лицо кажется вырезанным из камня: резкие скулы, твердая линия челюсти, глаза — два черных провала. Он смотрит на меня так, будто я единственный источник света в этой густой тени.

По позвоночнику снова бежит озноб, как и вчера.

— А вы часто подкрадываетесь к женщинам в темных углах? — мой голос звучит бодрее, чем я себя сейчас ощущаю.

Ясин делает шаг. Еще один. Теперь он так близко, что я чувствую его запах — горячий песок, пряный табак, что-то древесное и горькое. Не парфюм. Сам он.

— Только к тем, кто специально оставляет в моей машине свои вещи, — произносит он спокойно.

У меня пересыхает во рту.

— Я не…

— Врешь, — перебивает он мягко. Почти ласково. — Но мне нравится, как ты это делаешь.

Ясин поднимает руку. Я невольно задерживаю дыхание. Его пальцы касаются моего подбородка. Теплые. Шершавые. Он слегка поворачивает мою голову, заставляя смотреть прямо в глаза.

— Мой парень, наверное, меня ищет, — выдыхаю я.

Он наклоняет голову. Его большой палец скользит по моей нижней губе. Медленно, почти невесомо. И от этого прикосновения внутри разливается жар. Такой, что хочется скинуть ветровку. И все остальное.

— Здесь много женщин. Поищет себе кого-то еще, — говорит он, усиливая нажим.

Кусаю его за палец. Инстинктивно. Несильно, но ощутимо. На губах Ясина появляется хищная улыбка.

— Вы сейчас переходите черту.

Пытаюсь отстраниться, но Ясин преграждает путь.

И с этой улыбкой его лицо выглядит опасным и… невыносимо притягательным.

— Тебя, наверное, предупреждали, что ты могла отказаться от моего предложения и не приезжать?

Он надвигается, а я машинально отступаю, пока не упираюсь спиной в металлический контейнер. Еще шаг — и между нами почти не остается расстояния.

Вопрос повисает между нами. Я могла бы сказать правду. Могла бы соврать. Но в голове — пустота. Только его глаза, его запах, его пальцы, которые опять на моем лице. И страх. Потому что когда я соглашалась, то руководствовалась голым азартом. А сейчас… его и в помине нет.

— Я… — начинаю и замолкаю.

Сердце срывается в быстрый, нервный ритм.

— Мне было просто интересно посмотреть мероприятие. Но сейчас я передумала. Мне нужно к Марку, — четко проговариваю.

— Марк подождет, — произносит Ясин, не отпуская ни мой взгляд, ни меня.

8 глава