Впрочем, Чары Дальновидения никто не отменял, потому уже через несколько секунд я наблюдал, что в нужное место на двери в состоянии отчётливой слабости и плохого контроля над телом стучится наставница Миноэй, с которой я… ну, откровенно говоря, после выпуска Дзирта из Академии не особенно поддерживал контакт. Хотя до того — да, пару раз как раз через эту дверку и принимал, чтобы, так сказать, выпить кофе поутру в приятной компании.

Чуть более внимательный осмотр показал, что воительница ранена и, судя по всему, отравлена, хотя, вероятно, противоядие приняла сразу. Как у наставницы Мили-Магтир, у неё был свободный доступ к весьма неплохим универсальным составам, изготавливаемым прямо в Сорцере, но каждый Дом дроу создаёт свои яды с индивидуальной рецептурой, как раз чтобы усложнить работу универсальных антидотов. Но тут вопрос в том, кто вообще посмел нападать на официальную наставницу Мили-Магтир?

– Что случилось? – дистанционно отворив перед гостьей дверь, спросил я, встретив её уже по выходу из коридора, что вёл от внешней стены здания в мои комнаты.

– На меня напала первая дочь Дома Нокуар, – с видом обречённой выдохнула Миноэй, с трудом удержавшись от того, чтобы привалиться к косяку, хотя её отчётливо вело. – Она хотела использовать меня для покушения на тебя.

– Дом Нокуар — это тот, из которого ты сама? – уточняю факт, о котором мы с ней никогда не говорили, но который я, разумеется, уточнил сразу, как мы начали общаться более плотно, чем два незнакомых друг другу дроу, работающих в одной академии.

– Да, – вновь выдохнула женщина. – А ещё я её убила, – бросила на чашу весов моей реакции последний из ключевых фактов она, тем самым завершая картину.

Уже на этом моменте я мог её убить, потому что по факту она призналась в тягчайшем для общества дроу преступлении, а также в том, что у неё больше нет защиты Дома. С минуты на минуту Дом Нокуар объявит о «вероломном нападении». Притом, судя по контексту, там найдётся куча «свидетелей». И пусть она — женщина и даже наставник Академии, но убийства благородной жрицы ей не простят. Как и отказа участвовать в покушении на меня. Фактически, она уже никто, и даже хуже, чем никто, — она проблема для любого, кого заметят в её компании. Ведь одно дело — «подлая убийца», которая грязно оговаривает честный Дом какими-то рассказами о некоем покушении, что тот готовил, разумеется, не имея никаких доказательств, и совсем другое — пособник, что прямо помогает настоящей «подлой убийце», чьему преступлению есть свидетели. Плавали — знаем.

– Я бы хотел услышать подробности, – тем не менее спокойно ответил я на вышеозначенное признание, жестом предлагая пройти в гостиную.

Безусловно, всё это могло быть ложью, даже рана и симптомы отравления могли быть частью спектакля, чтобы подобраться ко мне ближе для настоящего покушения, но много надёжнее для неё было бы просто прийти для обычного секса и устроить то самое покушение, когда я сам разденусь догола и сам же подпущу её настолько близко, насколько это физически возможно. В конце концов, у нас тут не изнеженная белоручка, а опытная воительница, что и голыми руками прекрасно способна сворачивать шеи оркам, не говоря уже о сотнях иных способов нанесения несовместимых с жизнью повреждений бездоспешному противнику.

– Она с группой воинов Дома Нокуар подкараулила меня на выходе из района Истмир, – с облегчением от отсутствия агрессии с моей стороны начала рассказывать Миноэй. – Оцепила целую улицу, чтобы не было лишних свидетелей, если на меня придётся напасть. Потом напомнила о проблемах в твоём Доме и посетовала на силу магов. Имён не называлось, но слова про одного конкретного мага прозвучали. Как и вопрос, что мне понадобится для дела.

– Но ты отказалась? – вскидываю бровь, невербально использованным заклинанием телекинеза левитируя к ней из шкафа пару флаконов с зельем исцеления и заряженным божественной силой универсальным противоядием.

– За кого ты меня держишь? – поморщилась воительница, искоса глядя на это. – Разумеется, я согласилась, но на ней были чары определения лжи. После этого последовал приказ меня убить.

– Дроу… Дроу никогда не меняются, – я вздохнул и устроился в кресле, дожидаясь, пока дама возьмёт лекарства и сядет напротив. – Но допустим. И от меня ты хочешь?..

– Не знаю, – Миноэй устало вздохнула, рефлекторно сжимая уже взятые в руку, но так и не выпитые флаконы. – Помощи, только сама не знаю, какой… и чем за неё платить.

– Занятно… Но понять могу, – в доброту и взаимопомощь воительница не верила. И, с точки зрения любого нормального дроу, была права. Ирония в том, что и «любой нормальный дроу» всё равно точно так же пришёл бы ко мне.

По факту, у неё не было иного выбора.